Лёшка глянул вперёд, присвистнул:
– Ну понятно теперь! Стои́т ни вашим, ни нашим. Я думал, там уже Лазоревая идёт, даже не подходил к нему.
– Все так думают. – Я остановилась, немного замялась. – Ладно, Лёш, давай. Удачи тебе. И в армии там… береги себя, короче.
– Подожди, – он протянул ко мне руку, но прикасаться не стал, тут же опустил. – Может, вместе на квартиру сходим?
– Зачем?
– Ну просто рад, что встретил тебя. И… как-то всё быстро заканчивается.
Искренний, как и весь сегодняшний день. И, между прочим, часть моей жизни.
Хорошая такая, светлая часть. Понятная. И тоже совершенно не хочется из неё выныривать. Во всяком случае – так быстро. Пожала плечами:
– А пошли!
Обычная крошечная однушка на втором этаже. Не сравнить, конечно, с его трёшкой на Ленина, но перекантоваться месяц-другой – выше крыши.
И когда осматривали квартиру, и когда шли потом от тех дворов в сторону остановок – ощущалось что-то такое… Как будто эта квартира станет точкой невозврата. Словно она – рубеж, который окончательно разделит прошлое и настоящее.
И так символично, что мы смотрели её вместе. До мурашек.
В голове не укладывалось, что через месяц Лёшка отчалит на два года. Возможно, в пекло. И казалось бы, а мне-то что? Но что-то было. Что-то такое, отчего хотелось жадно всматриваться в его лицо, пытаясь найти в нём… Что? Я не понимала. Да и не всматривалась, конечно. Просто упрямо шла вперёд, потому что Лёшка-то как раз не сводил глаз с меня. Всю дорогу смотрел и молчал. А возле бывшего магазина «Культовары», там, где за поворотом начиналась оживлённая трасса, людные тротуары и вообще – реальная жизнь, я остановилась.
– Ладно, Лёш… Теперь уже точно пока. Не знаю, увидимся или нет до твоего отъезда… Но… Ты береги себя, короче.
– Постараюсь.
– Да уж пожалуйста… – и замешкавшись на мгновенье, задохнувшись жарким волнением, я всё-таки обняла его – крепко, по-настоящему.
И он тут же сжал в объятиях меня – сильно, но так трепетно…
Надо же – какой он всё-таки плечистый, какой высокий и тёплый.
Какой близкий и… подходящий? Словно наши тела были идеально совпадающими кусочками мозаики – каждый изгиб на своём месте. Даже удивительно."
"Лицо уткнулось в его ключицу – чуть подними голову, и вот оно… И только тут я поняла, что любимое место для поцелуев – под подбородком, там где бьётся сонная артерия, то самое, куда мне так нравится целовать Дениса – я на самом-то деле ещё полжизни назад открыла у Лёшки…
Так, хватит!
Подалась назад, разрывая объятия.
