Милая пленница

Александра напряженно выпрямилась на стуле, не обращая внимания на отчаянный шум в висках.

— А знаете ли вы, — тихо сказала она, — что сипаям в Индии платят в шесть раз меньше, чем служащим там англичанам?

— Ну, наверное, они и того не стоят! — презрительно фыркнув, заявила леди Уоллингфорд.

— А знаете ли вы, — продолжила Александра, не обращая внимания на глупое замечание и смех леди Уоллингфорд, — что плюют вслед британским офицерам? И отдают им честь левой рукой — в знак презрения? Может быть, вам интересно будет услышать, что они говорят, сидя по вечерам у костров в лагере? Они говорят: «Кабхи сукх аур кабхи дукх; ангрез ка наукар».

Это значит: «Иногда приятно, а иногда больно — служить Англии», — медленно и отчетливо произнесла Александра. — Да разве может быть иначе, если наши официальные лица не обращают ни малейшего внимания на то, что сипаи отличаются друг от друга точно так же, как они отличаются от европейцев?

Хоук застыл. Его охватило леденящее чувство близкого крушения…

— Джаты и сикхи могут держать воду в кожаных сосудах, — продолжала потемневшая Александра.

 — А раджпутам и дог-расам нужны медные сосуды. Солдаты-брахманы могут есть только ту пищу, которую приготовил повар-брахман, иначе еда считается оскверненной. Мусульмане могут есть говядину, но не станут есть свинину. Хинди едят свинину (если это не мясо свиньи-самки), но не дотронутся до плоти коровы. Проблема снабжения в Индии доводила до отчаяния даже герцога Веллингтона. А от лорда Мэйтланда ожидали, что он будет насаждать английские правила, не обращая внимания на древние обычаи и религиозную практику страны!

— Вы хотите сказать, что решение по Веллуру было несправедливым, мисс Мэйфилд? — ледяным тоном поинтересовался премьер-министр.

— Я говорю, что это решение было и несправедливым, и принятым без учета обстоятельств, и… да, и более того — непростительным.

Александра смотрела на своего злейшего врага и видела его словно бы в конце длинного узкого туннеля, а по сторонам все тонуло во тьме… На его лице не отражалось ничего — и лишь по блеску глаз можно было догадаться, что он изо всех сил пытается сдержать гнев.

— Это политика, — продолжила Александра, не обращая внимания на серебряные огни, полыхавшие в глазах Хоука, — это политика заставляет принимать решения людей, которые ровно ничего не знают о реальной обстановке в Индии, людей, которые чуть ли не гордятся своим неведением.