Он ничего больше не добавил и ничего не сделал, чтобы осуществить свою угрозу, тем не менее все продолжали высказывать свои доводы против наказания, когда Добсон снова открыл входную дверь и мимо него в зал ворвался Уоррен Андерсон.
Энтони был первым, кто увидел громадного мужчину, решительно направившегося к брату. Толкнув Джеймса под ребра, он спросил:
— Твой приятель?
Джеймс проследил за взглядом брата и чертыхнулся:
— Черт побери! Скорее заклятый враг!
— Это случайно не один из твоих шуринов? — сообразил Энтони, благоразумно отступая на шаг в сторону.
У Джеймса не было возможности ответить Энтони, поскольку к этому моменту Уоррен оказался рядом и, коротко замахнувшись, нанес ему боковой удар. Правда, удар не вполне достиг цели, поскольку Джеймс довольно удачно отбил его. Уклонившись от ответного свинга, Уоррен нанес сокрушительный удар Джеймсу в солнечное сплетение.
Задохнувшись и ловя открытым ртом воздух, Джеймс услыхал насмешливый голос Уоррена:
— Я учусь на своих ошибках, Мэлори.
Короткий прямой по корпусу и сильнейший удар правой — и Уоррен рухнул на пол у ног Джеймса, который проговорил:
— По-видимому, недостаточно хорошо.
Пока Уоррен тряс головой, пытаясь прийти в себя, Энтони успел спросить Джеймса:
— Это тот, кто хотел повесить тебя?
— Именно.
Энтони подал Уоррену руку, помогая подняться, но когда тот встал и попытался освободить свою руку, задержал ее. В голосе Энтони прозвучала откровенная угроза, когда он спросил:
— И каковы ощущения, когда столы повернуты, янки?
Уоррен сверкнул на Энтони глазами.
— Что это значит?
— А ты оглядись вокруг! Теперь ты в окружении не своей семьи, а моей. Я на твоем месте держал бы кулаки в кармане.
— Пошел к черту! — рявкнул Уоррен, выдергивая руку."
"Конечно, Энтони мог бы возразить, но вместо этого он рассмеялся и бросил взгляд на Джеймса: мол, я сделал попытку, теперь снова твоя очередь. Но Джеймс не хотел драки. Он просто хотел, чтобы Уоррен Андерсон убрался отсюда, из Англии, вообще из его жизни.
Если бы этот человек не был столь агрессивным, назойливым и откровенно враждебным, он мог бы дать ему некоторые разъяснения. Но Уоррен Андерсон не относился к разряду здравомыслящих. И кроме того, Джеймс просто не любил этого парня, что вполне объяснимо, если вспомнить, как тот горел желанием накинуть петлю ему на шею.
Холодным, зловещим тоном Джеймс предупредил:
— Мы можем решить все по-жесткому, я могу сделать из тебя отбивную, не сомневайся, приятель.
