— Богемский хрусталь, «Версаль Топаз», дядя Борух за нее двадцать тысяч предлагал, а тетушка не отдала, хотя купила на Блошке за пять… Почему она здесь, в твоем хламовнике, Вася?
— Не помню. — Безалаберный художник пожал плечами. — Кажется, я что-то такое писал, натюрморт в классическом стиле… Ты посмотри, может, еще что-то ваше найдешь.
— Василий, я считаю, это — безобразие. — Ирка вывела руки из-за спины и уперла их в бока. — Сейчас у нас нет времени, но при случае, предупреждаю, проведу тут у тебя основательные раскопки.
— Буду только рад, дорогая Иринушка. — Кружкин поклонился.
Ирка фыркнула, развернулась и гордо выплыла за дверь.
— Вазу верну хозяйке, — сказала я и последовала за подругой.
Тетушка возвращению вазы обрадовалась, а вот Ирка отчего-то сделалась угрюма.
— Что не так? — спросила я ее шепотом, когда тетя Ида полезла в холодильник, вспомнив, что у нее там солянка и котлеты.
— Не сейчас, — так же шепотом ответила мне подруга.
Мы отказались от солянки, но съели по вкусной котлетке, выпили чаю с «Птичьим молоком» и откланялись, взяв с тети Иды слово, что на ночь она оставит под дверью не голосистую резиновую уткокабру, а уже доказавшего свою ценность как защитника когтистого кота.
Выходя из дома, на лестнице мы встретили Кружкина.
— Выношу мусор! — щелкнув каблуками, отчитался он.
— Хвалю, — коротко ответила Ирка и проводила художника странно мрачным взглядом.
— Что не так-то? — снова спросила я.
Подруга огорченно посмотрела на меня.
— А ты не заметила? Когда Василий снял перчатки, чтобы целовать мне руки…
— О, я в этот момент отвернулась, чтобы вас не смущать.
— Зря отвернулась. — Ирка расстроенно посопела. — Увидела бы, что у него левая рука расцарапана.
— Да ну? — Я резко остановилась.
— Ну да! И я теперь не могу не думать: не следы ли это когтей нашего Вольки?
— То есть не Кружкин ли лез в квартиру тети? Но зачем? Она его и так пускает, кормит, поит, дает реквизит для картин.
— Вот! Боюсь, что дело как раз в картинах. Вернее, в одной картине.
Той, что пропала. — Ирка тяжко вздохнула. — Вдруг Вася подумал, что это я ее украла? Влез в квартиру тети Иды тайно поискать ее там, а бардак у себя учинил, чтобы отвести от себя подозрения?
— Так. Это серьезный вопрос, его нельзя обсуждать на бегу. — Я подвела подругу к лавочке в укромном уголке двора. — Присядем. Я уловила твою логику, но не понимаю, с чего бы Васе думать о тебе так плохо? Он же тебя обожает, ты его распрекрасная муза.
