Минский. Изгнанный попаданец

— Мелкий прислужник, тявкающий без умолку, одним словом шавка!

— Что, смелости не хватает? Знай, что как только я освобожусь, первым делом тебя утоплю.

— Утопишь? — видно Артуз потерял нить тонкого стёба со стороны Антона.

— Ну ты же шавка, а с шавками что делают? Топят. Да ты походу тупее Павлика будешь, он по сравнению с тобой вообще мудрец.

Послышались смешки от пришедших с Артузом людей.

Тут он не выдержал больше издевательств со стороны Антона, схватил его за волосы одной рукой, а второй врезал со всей силы по лицу.

— Ты чего ржёшь⁈ — тяжело сопя носом, выпалил Артуз.

— Шавка, даже укусить не можешь, — ещё больше залился смехом Антон.

Секунда, вторая, а потом удары просто посыпались по телу моего реципиента, большая часть приходилась по голове.

Антоша, видимо, задел мужика за живое, и у него просто сорвало крышу. Закончив избиение, он надел на голову тканевый мешок и стоял, пытаясь отдышаться.

Я же чувствовал, как по левой стороне лица стекала кровь.

В комнату быстрой походкой зашёл медик.

— Усыпляй наших гостей, господин хочет на них посмотреть, — скомандовал Артуз.

— Зачем? Они же всё равно на расход.

— Сам каждый раз себе этот вопрос задаю, но мало ли.

— А-а-а… не надо! — завопил Иван, услышав о своём неминуемом конце.

Но одно мгновение, и возгласы стихли.

— Ну вот стоило меня сюда тащить? Артуз, ты бы взял сюда Жеку или Серого, у них уровень лекарства позволяет народ усыплять, заодно и попрактиковались бы. Зачем тут лекарь шестого ранга, когда за глаза можно было обойтись вторым?

Артуз ничего не ответил, лишь молча стоял рядом с телом Антона, пытаясь успокоиться.

— Хм… Этот всё ещё без сознания. Он что, так и не очнулся?

— Не пришёл значит в себя, — зачем-то соврал Артуз. — Ладно, пошли отсюда. Надо князя встретить.

Вскоре нас покинули пленители, чтобы через десяток минут появиться вновь. Судя по топоту ног и разговорам, сюда вошла уже целая делегация.

— Проводник, он же Иван Давыдов, ранее крайне перспективный наш агент, работал на императорском экспрессе.

— Это он должен был убить Жимина? — его перебил голос незнакомого мужчины.

— Да, Ваше сиятельство.

— Продолжай, и снимите этот уродский мешок с головы, я хочу на него взглянуть.

— Был завербован нами полгода назад, неравнодушен к несправедливости, подвержен внушению, поэтому легко пошёл с нами на контакт по революционной тематике.