Мёртвое озеро

Я чувствую, как сейчас она умирает. – А как же мои дети? Они не заслужили всей этой гадости. Ничем.

Сэм молчит долгое, очень долгое время, однако не встает и не уходит. Он думает. Я не знаю, что происходит в его голове, и несколько раз вижу, что он уже собирается что-то сказать, но затем передумывает и снова молчит.

Когда Сэм наконец открывает рот, то говорит совсем не то, чего я ожидала:

– Тебя, должно быть, тревожит то, что тебя могут выследить родные жертв.

– Да. Постоянно. Мне трудно поверить кому бы то ни было.

Ты понимаешь, почему? Мы наконец-то обрели здесь дом, Сэм. Я не хочу убегать отсюда. Но теперь…

– Это ты убила ее? – спрашивает он. – Ту девушку в озере? Поэтому сейчас ты рассказываешь мне все это?

Я лишаюсь дара речи. Я смотрю на его профиль и не могу найти слов. Меня охватывает онемение, как это бывает после глубокого ранения. Я сделала чудовищную ошибку.

«Глупая, глупая женщина!» – думаю я. Потому что я ни за что не предположила бы, что Сэм может так быстро прийти к подобному выводу.

– Нет, – говорю я наконец, поскольку что еще я могу сказать. – Я никогда никого не убивала. Я никому никогда не причиняла вреда. – Это не совсем правда. Я вспоминаю синяки и порезы на лице Мэла, горькое удовлетворение, которое я испытала сегодня, увидев его избитым. Но это правда, за исключением одного особого случая. – Я не знаю, как мне убедить тебя в этом.

Он не отвечает. Некоторое время мы сидим в глубоком молчании. Оно неуютное, но я не хочу первой прерывать это молчание. Наконец это делает Сэм.

– Гвен, прости. Можно мне по-прежнему называть тебя…

– Да. Обязательно. Джина Ройял давным-давно мертва, с моей точки зрения.

– Бывший муж. Жив, сидит в тюрьме «Эльдорадо», – отвечаю я. – Именно туда я ездила сегодня.

– Ты по-прежнему навещаешь его? – Я не могу не расслышать в этих словах отвращение. Ощущение предательства, как будто я разбила некий образ, который он создал для меня. – Господи, Гвен…

– Не навещаю, – отрезаю я. – Сегодня я впервые увидела Мэлвина с момента его ареста.

Я предпочла бы вскрыть себе вены, чем видеться с ним, поверь. Но он угрожал мне. Он угрожал моим детям. Именно это я пытаюсь тебе сказать: он узнал, где мы живем. Бог весть, как он это сделал… И ему нужно лишь передать словечко одному из тех людей, которые выслеживают нас. Я должна была навестить его, чтобы ясно дать ему понять: я больше не намерена играть в эти его игры.

– Примерно так, как я и ожидала. Теперь мне нужно принять важное решение. Бежать или остаться.