Мёртвое озеро

«Повесь, повесь, повесь!» Это все равно что оказаться запертой в кошмаре; мне кажется, что я не могу пошевелиться… а потом я вдыхаю воздух, паралич проходит, и я смещаю палец к кнопке «Завершить звонок».

– Я передумал, – говорит Мэлвин, но я уже нажимаю сенсорную кнопку. – Я скажу тебе…

Щёлк. Я сделала это. Он изгнан. Кажется. Я выиграла этот раунд… правда? Или я просто сбежала?

О боже… Если они залезли в мой телефон, то могли узнать оттуда многое. Номер моих детей. Номер Авессалома. Что еще у меня там хранится?

Я опускаюсь на корточки, вжавшись спиной в угол между раковиной и дверным косяком с петлями, осторожно кладу телефон на пол и смотрю на него так, словно он может превратиться в кусок гниющего мяса или извергнуть клубок скорпионов.

Подняв руку, снимаю с крючка полотенце и с силой прикусываю его – так крепко, что мышцы челюсти начинают ныть. И кричу, заглушая свой крик мягкой махровой тканью.

Я кричу, пока у меня снова не проясняется в голове. На это уходит пара минут. Наконец я опять в состоянии сосредоточиться на вопросах.

«Как?» Должно быть, кто-то в тюрьме выудил мой номер из моего телефона, сданного на хранение. «Но как он позвонил?» Мэлвину запрещено звонить кому-либо, кроме своего адвоката. Контакты с кем-либо еще ему не разрешены, и я занесена в особый список тех, с кем он не может связываться ни при каких обстоятельствах. Но я думаю, что, даже сидя в тюрьме, приговоренным к смерти, он мог купить себе возможность поболтать по нелегально пронесенному туда телефону.

«Надеюсь, что с этого ублюдка содрали изрядную сумму».

Я не могу оставаться в доме. Я задыхаюсь от отчаяния и ярости. Некоторое время меряю гостиную шагами, потом звоню Кеции Клермонт на оставленный ею номер и спрашиваю, не могла бы она, ради всего святого, присмотреть за моими детьми?

– Выгляните в окно, – отвечает офицер. Я выглядываю, чуть отодвинув штору на окне гостиной, и вижу, что машина Кеции все еще стоит на подъездной дорожке, и сама Кеция машет мне рукой. – Что случилось?

Я рассказываю ей о звонке Мэла, и ее голос становится деловитым и чуть суховатым.

Она записывает продиктованный мною номер – он не потрудился скрыть его, – и говорит, что проверит этот номер. Я не сомневаюсь, что это тупик. Даже если они найдут телефон, это не имеет значения. Мэл показал, что даже из-за решетки может в любой момент дотянуться до меня. В следующий раз это будет уже не он, а кто-то, выполняющий его поручение.

– Кеция… – Я дрожу от напряжения, меня подташнивает.