Наверное, это единственный орган в организме, потому что Рой одновременно ощущает его удары и под коленями, и в голове. Вокруг чужие лица, незнакомые люди, его что-то спрашивают, а он… у него только одна мысль — повернуться, чтобы взглянуть на машину. Должно быть, его выкинуло ударной волной, потому что неестественно странно, что он жив. И он обернулся. Искореженный набор мятого металла и запах гари, но откуда-то издалека. Небо заволакивает густой черной гарью, и Рой начинает понимать, что это две совершенно разные плоскости.
Два разных измерения. Два разных узла времени. Где-то около сердца надрывается телефон, но у него нет сил протянуть руку. Сознание все еще плавает масляными пятнами, и он не сразу осознает, что кто-то держит телефон возле его уха, а оттуда рвется голос Стива.
— Рой?! Что случилось?! Где ты?!
— Не знаю, — едва шевеля губами, отвечает Маккена. — Я сбил человека.
Кто-то забирает телефон и объясняет Шону, что произошло. Нет, Рой никого не сбивал. Он просто родился в рубашке, потому что впереди в трехстах метрах страшная авария.
Горит бензовоз, и все вокруг объято пламенем, а Рой упал в кювет, и секунды спасли ему жизнь.
— Я сбил старика, — настаивает Маккена.
— Какого старика? — его не понимают.
— Он был на дороге. Я слышал звук удара. Должно быть, его отбросило в сторону.
— Нет никакого старика. И пятен крови на машине нет. Может быть, вам показалось, или вы уснули за рулем?
— Я не спал. Я его увидел, когда сделать что-то уже было невозможно. Я старался избежать удара, но не успел.
— Мы ехали сразу за вами и не видели никакого старика. Вы никого не сбивали, а лишь резко повернули и перевернулись в кювете.
— Но я видел… длинные волосы… повязка… Как же? Я точно помню…
Машина скорой помощи несется по дороге. Зачем? Куда? Рою все равно. Перед глазами старик, а внутри чувство бесконечной вины. Маккене кажется, он слышит, как трещат кости черепной коробки. Сознание обрывками выхватывает из всеобщего месива куски. Какие-то птицы. Совы, грифы… у них почти криминальные разборки.
Всюду перья, кровь и пахнет смертью… Скорее всего, он ударился головой, кости съехали и теперь давят на мозг. Почему он все еще жив? Как это вообще возможно? Две жизни… Чьи они? Что заставило его свернуть с дороги? Что за дыра во времени, в которую он провалился?
Стив ворвался в приемный покой. С ним что-то не так. С ним все не так. Он, как ненормальный ощупывает Роя, словно боится, что в наборе не хватит каких-то деталей. У него дрожат руки и подбородок.
