– Под рукой моей, но для пользы твоей.
– Так я же, Государь, подданный твой. И ради пользы твоей стараюсь. Соль то верно – ради прибытка своего варить варю. Хотя какой там прибыток? Тати клятые так все рушат, что приработка и нет. А вот поиск меди – державное дело. Она в земли твои идет втридорога, через Холмогоры. А надобна она на пищали и колокола.
– Ты вот только свою шерсть с государственной не путай, – фыркнул Иоанн Васильевич. Вспомнилась ему фраза, брошенная как-то Андреем. И очень пришедшаяся сейчас к месту.
– Медь – да, дело державное. Но прибыток с нее кто получать станет? Ты. А она и так мне станется не сильно дешевле, чем аглицкая из Холмогор. Ибо жаден ты. Теперь же что? Мне надобно туда людишек отправить с оружием. Да посадить в остроги, которые за свой же счет и срубить. А потом же из казны и держать там, ибо места пустые, голодные. Так что ли? И на кой бес мне такая медь? Она вдвое дороже холмогорской станется!
– Так холмогорскую перестать возить могут, – робко произнес Строганов.
– Азовскую повезут. По этому году первые пуды привезли. По осени посмотрим насколько она годная.
– Но…
– Что «но»? Я тебе даровал земли по Каме, чтобы ты их осваивал. Деньги свои вкладывал. Силы. И вместе с тем прибыток получал. А все потому, что мне надобны эти земли лежащие освоенными и заселенными. А ты что? На меня все переложить жаждешь? Ты кого дурить вздумал?! – рявкнул слегка озверевший Иоанн Васильевич. – Пошел вон! Если не справишься, землю вернешь в казну! Ибо бестолочь и вор!
Строганов с компанией пулей вылетели из Грановитой палаты.
Иоанн Васильевич проводил их мрачным взглядом. И направился снова к супруге. Бормоча на ходу:
– Мерзавцы… ой мерзавцы… Совсем в жадности своей берегов не видят…
Купцы же, выскочив на улицу собрались в кружок и стали обсуждать произошедшее.
– Что делать станем?
– Мню, своих людишек нанимать надо. Казачков каких. Они охочи до лихого дела."
"– Да откуда их взять, казачков этих? Андрей Прохорович всех, до кого дотянулся, либо за море отправил, либо в походы северные шлет за уральский камень.
Али вы не понимаете, отчего хан Сибирский волнуется?
– Да хан ли это?
– А кто же?
– Хан бы зашел и нас данью обложил. Так проще и волнений меньше. Как будто бы мы отказались. А эти отряды не великие. Явно же с разбойным делом шли. Как тати. Если и ханские люди, то разве с его повеления?
– Может и так.
