Наконец кто-то поднял трубку и держал ее в руке, словно раздумывая, отвечать или не отвечать.
— Господин майор? — спросил тогда Коссовски.
— Да, — сонным голосом ответил Регенбах."
"— Извините за поздний звонок, но я только что вернулся из Лехфельда и привез ошеломляющее известие, которое не терпит отлагательств.
— Что случилось? Вам удалось выудить Марта?
— Разрешите мне заехать к вам и все объяснить.
Некоторое время Регенбах колебался:
— Вы где сейчас?
— Совсем рядом, звоню из автомата.
— Хорошо, жду.
Коссовски кинулся к особняку Регенбаха.
— Встаньте в тень. Беру его сам, — шепнул он абверовцам.
Через пять минут Коссовски нажал на кнопку звонка.
Регенбах встретил его в пижаме и домашних туфлях.
— Здесь никого нет? — спросил Коссовски.
Из глубины спальни раздался лай.
— Прекрати, Зизи! — приказал женский голос, и собака успокоилась.
Регенбах и Коссовски прошли в кабинет. Опытным взглядом Коссовски ощупал карманы Регенбаха и убедился, что пистолета там нет.
— Ну? — нетерпеливо спросил Регенбах.
— Перро...
— Что «Перро»?
— Я привез приказ арестовать вас, Перро...
Регенбах побледнел. Рука упала на ящик письменного стола.
— Отойдите! — крикнул Коссовски.
За дверью послышались шаги. Тот абверовец, который был шофером у Коссовски, подошел к майору и ловко защелкнул наручники.
— Что случилось, Эви? — Растолкав офицеров, в кабинет стремительно вошла красивая женщина в халате из цветного японского шелка.
— Успокойся, дорогая, — пробормотал Регенбах и опустил голову.
— Фрау, дайте одежду вашему мужу, — приказал Коссовски.
— Я пожалуюсь штандартенфюреру!
— Бесполезно, Лези. — Регенбах вдруг выпрямился и в упор посмотрел на Коссовски. — Вы неплохо сработали, Зигфрид.
...Лишь на рассвете Коссовски добрался до собственного дома. Голову ломило от нестерпимой боли. Он понимал, что ему надо присутствовать на первом допросе Регенбаха. От первого допроса, как это часто бывает, зависели и остальные допросы. На первом допросе в какой-то мере можно определить характер преступника, его стойкость, мужество или трусость, его поведение в дальнейшем.
Но он настолько устал, что даже Лахузен заметил землистый цвет его лица и предложил поехать домой выспаться. Слишком трудным и нервным был этот день даже для такого опытного контрразведчика, каким был Коссовски.
4Коссовски стал временно замещать должность начальника отдела «Форшунгсамта», но ответственность за секретность работ в Лехфельде с него не сняли.
