Онлайн-библиотека книг
Хочешь жить — живи, дыши, радуйся каждому глотку воздуха, потому что всё, что сейчас кажется обыденностью, может в один момент стать недосягаемым!
Быстрым шагом я двинулась к бараку, пытаясь рассмотреть улицу при свете дня. Мимо проехала полуторка, гружённая досками. Шла женщина с вёдрами на коромысле. Двое мальчишек возились в сугробе. У развалин с грудой кирпичей стояла старуха в черном мужском пальто и курила.
Когда мы поравнялись с ней, она опустила руку с папиросой и подслеповато взглянула в мою сторону:
— Хороший был Дворец культуры.
Я остановилась:
— Значит, это был Дворец культуры?
Старуха подняла на меня глаза, обведённые тёмными кругами, и я увидела, что она ещё молода и когда-то была красива. Она спросила:
— Вы не колпинская?
— Нет. Вчера приехала из Ленинграда.
— А-а-а. — Она замолчала и затянулась папиросой. — Навсегда переехали или присмотреться?
Я усмехнулась:
— К чему присматриваться? По всей стране одно и то же.
— Пожалуй. — Она загасила папиросу и спрятала окурок в портсигар. — Я сюда каждый выходной прихожу, вспомнить, что была когда-то балериной. Иногда даже музыку слышу и аплодисменты. Меня здесь считают немного того, — старуха покрутила пальцами в воздухе.
Она развернулась и пошла прочь, выворачивая ступни особой балетной походкой.
— Всё наладится, вот увидите! — крикнула я ей в спину. — Вы ещё обязательно здесь станцуете!
Она обернулась:
— Вы думаете?
— Обязательно! Ведь война закончилась! И скоро весна!
* * *Соседка по бараку Лена заявилась под вечер. Не раздеваясь, она рухнула на топчан, уставившись в потолок.
Я успела растопить печурку, от которой волнами исходило тепло, и писала план завтрашних занятий, стараясь успеть, пока не выключили свет. Электричество подавали в шесть утра и выключали в десять вечера.
Лена скептически покосилась на моё сооружение и закинула руки за голову:
— У тебя есть что-нибудь пожевать?
Посмотрев на остатки еды в котелке, я согласно кивнула:
— Да, соевый суп с подмороженной картофелиной.
