Мистер Морг

Четверка лошадей иногда поскальзывалась на опасных местах, но потом выдыхала клубы пара, оправлялась и снова устремлялась вперед, во мрак наступающей ночи.

Карета раскачивалась вперед-назад, на стыках ее частей трещал лед.

— Но ведь не может же лорд Мортимер и вправду верить, что Смерть придет к нему в человеческом облике, — произнес Мэтью.

Глаза слуги открылись — он мгновенно проснулся от своей полудремы.

— Если б не верил, вы бы сейчас со мной не ехали, мистер Корбетт.

— Я уверен, что это бред, вызванный его состоянием.

— Его жизнь близится к концу, но он не бредит. Он в полном рассудке.

— Хм, — сказал Мэтью. Он нахмурился. Лицо его освещал желтый свет. — Должен сказать, у меня такое чувство, как будто я граблю умирающего.

— Лорд Мортимер может себе позволить быть ограбленным. — Глаза слуги уже успели снова наполовину закрыться. — Он сам стольких ограбил.

Мэтью не нашелся что ответить на эти холодные слова. Видимо, Оберли и любил своего хозяина, и в то же время порицал его.

— А на чем лорд Мортимер сколотил свое состояние? — спросил Мэтью.

Оберли закрыл глаза. Он молчал, наверное, секунд десять, потом ответил:

— Много на чем. На шахтах. Строительстве. Лесозаготовках. Судостроении. Ростовщичестве. Он сколотил несколько состояний. И держал свои деньги железной хваткой — когда дело не касалось его личных прихотей.

— Любил себя человек, — заметил Мэтью.

— Сам бы он сказал, что всегда ставил себя во главу угла. А я бы сказал, что он умеет… — Он замолчал, подбирая слова.

 — Использовать для этого других людей, — наконец произнес Оберли.

Мэтью оставил в покое и тему разговора, и Йеспера Оберли. Карета тряслась по каменистой дороге. Ледяной дождь хлестал по черным оконным занавескам. Зимняя стужа, да еще и буря (опасное сочетание) действовали на Мэтью угнетающе. В какой-то момент он почувствовал, что колеса кареты на целые две страшные секунды съехали влево — но вот лошади снова рванули вперед. Он поймал себя на том, что руки его сильно вцепились в колени — будет, наверное, десять синяков.

Нелегко было сохранять самообладание в такой вечер, когда где-то бродит Смерть. Но и у этой чернейшей тучи была светлая сторона: можно считать, что ему на время повезло оказаться за пределами Нью-Йорка, вдали от двух теней, постоянно преследовавших его: дьявольски привлекательного доктора Джейсона Мэллори и его красавицы-жены Ребекки. Эти двое ходили теперь за ним по пятам.