Мистика

  Сердце стучало так громко, что казалось – бьется в его руке…  Затихла, растворяясь в этом ощущении  близости,  чувствуя ягодицей ту самую готовность, от чего жар  волнами  пошел расходиться  по всему телу.

-  Хочу тебя, Ванечка, -  простонала в душную темноту.  Руки просились коснуться его, ощутить под  пальцами открытую, голую   кожу.  Больно оторвала его губы от своей шеи, рывком развернулась...  Сама уже покрывала поцелуями родное лицо – быстро, горячечно, жадно…

    А он, сосредоточенно сопя,  стаскивал с моих плеч бретельки длинного шифонового сарафана.

  Улыбнулась, вспомнив, что под ним -  единственный комплект, кроме спортивных, который  взяла с собой.  Надела сейчас, потому что этот лифчик  с прозрачными бретелями красиво держал грудь под сарафаном.  А еще – такие же белоснежные узкие кружевные шортики.  Захватив с собой склянку с мазью, потащила Ваню в парную.

-  Ванечка, вначале полечим тебе руки, я тогда не успела… вчера.  Здесь мазь, она пахнет травой, зеленью, свежестью, - приговаривала я, подталкивая его к лавке.

-   Нет.   Измажу тебя всю…,  не мучай, не тяни, Алена – времени совсем нет, - прошептал он пересохшими губами, а я кивнула  и печально улыбнулась.  Положила фонарик на полок так, чтобы оказаться в потоке света, и стала раздеваться – стащила через голову сарафан, бросила в сторону и замерла, услыхав невнятный звук  из темноты, в которой сейчас оставался Ваня.  Объяснила, плавно поведя бедрами и почти задыхаясь от того, что чувствовала:

-  Я  ждала тебя, Ванечка.  Дай раздену тебя… сама.

   Он встал, позволяя расстегнуть на себе пуговицы комбинезона, стянуть его, потом исподнее.  Вспомнила вдруг Ирку, плавно  опустилась  перед ним на колени… но он подхватил меня под локти, быстро поднял и прижал к горячему голому телу.  Обхватил, облапил ручищами, пробормотал в ухо:

-  Ну что ты?  Это я должен  на колени… ты, как королева...

-  Ванечка! –  наливаясь до краев непонятным восторгом, залепила я его рот поцелуем – со смехом и слезами одновременно.  Оторвалась,  признаваясь, шепча ему в губы:

-  Я люблю тебя,  Ваня.

   Подхватив на руки, он опустил меня на полок… отступил, окидывая взглядом,  шагнул опять ближе, склонился...  потянул  на себя, дернул, навалился...

-  У-у-уррр… - рычал, терзая губами мою грудь... я отвечала.   А потом  на нас нашло какое-то безумие, сумасшествие, ураган, замешанный на  страстях, эмоциях и чувствах.  Наши руки не знали покоя – вспоминали, ощупывали, изучали, искали…, находили, лаская и запоминая.