Мистика

  Вот и подумала   – а вдруг  вы правду  сказали?  А то держусь  непонятной силой…   Почему и ночи  боюсь – думать  же стану…  дойдет до ума, пойму  не так, как сейчас, а глубинно, осознано - подохну от боли.  Не знаю,  как  объяснить… сейчас я будто за стенкой и  спасаюсь ею.  Точно что-то такое есть, потому что сама  себе удивляюсь - как  получается  просто жить после этого – ходить, дышать, говорить?  У меня же сердце должно разорваться… разорвано…  Я и вижу, и слышу, а как-то не так…  крыша едет?  Я  уже не удивлюсь, - обнимала я себя за плечи, сдерживая крупную  дрожь и едва не чакая зубами из-за  нервного возбуждения, вызванного собственным рассказом.

-   Это вечер…  особо тяжко  бывает вечерами, как солнце скрылось -  так сразу и наваливается...  Пей сегодня свою химию, а  уже завтра  посмотрим.  Я тут фельдшером  почти сорок лет проработала…  все нормально у тебя с головой,  довели просто.  Потом, если само не попустит, что-нибудь придумаем, - прозвучало очень  неожиданно и сразу отвлекло меня от трясучки, выдернуло из воспоминаний.

   Женщина сидела, горестно подперев голову,  и даже  не смотрела на меня – просто вспоминала, глядя в окошко старинного вида –  наследие старинной версии этого дома:

-  Сюда  еще в  пятьдесят шестом распределили  из Архангельского медицинского техникума.  Ты знаешь, кто такой фельдшер?  Это тот же  врач, только широкого профиля.  Раньше  очень  грамотно, добротно  учили –  я и зуб могла удалить, и рану обработать…  Роды принять,  простуду вылечить,  облегчить колику, простой  перелом сложить,  вывих  вправить…  Много чего  делала, работала долго.

  Рассказывать  можно  всю ночь, но сейчас не нужно.  Потому как  к  нашему делу не относится.

-  Зовут-то вас как? – спросила я  и  меня поняли  правильно.

-  Мария Львовна жовут, - не отрывала она задумчивого взгляда от темного окна, пихая в рот последний кусочек пирожка с капустой и неспешно прожевывая его.

-  А что тогда относится к делу? –   уважительно полюбопытствовала я, благодарная ей уже за то, что она отвлекала меня разговором и, похоже,  собиралась рассказать  о чьем-то состоянии, подобном моему.

  У медиков тоже есть такие профессиональные  байки, как и в любой другой профессии.  Вот и я только навскидку могла рассказать с десяток по-настоящему смешных анекдотов на тему строительства -  разного рода  забавную  брехню  и живые жизненные истории.

   Но я устала,  так сильно устала за этот день – от событий,  впечатлений, переживаний.