Младший вовсе был дурак

Демон шагнул в камин и исчез, а Лаврентьева схватила меня за руку и потащила к дверям.

— Скорее, — шепнула она. — Тебя нужно спрятать.

— Ты в большой опасности.

— Ну вот. А я думал, что с опасностями покончено, это вроде как Бюро помощи иномирцам, и я вроде как иномирец.

— Объясню позже, — цыкнула Ленка, — но если не поспешишь, «позже» для тебя может никогда не настать.

Я рванул за Лаврентьевой, не оглядываясь на, несомненно, удивленное моей наглостью общество.

Ленка провела меня темным холодным коридором к двери, на которой висела лаконичная табличка со светящейся золотом надписью: "Вход воспрещен".

— Это кабинет Морфеуса, — пояснила Лаврентьева. — Обычно после планерки он отправляется выпить чашку бодрящего кофе с ванилью. Это традиция, помогающая учителю прогнать сонливость, но я подозреваю, что он добавляет в свой напиток каплю ровки — средства для повышения концентрации внимания. В последние месяцы он сильно сдал, хотя еще совсем не старый, всего каких-то двести шесть лет.

И точно, будто вняв словам девушки, табличка мигнула, и надпись изменилась: "Войдите".

— Пошли, — Лена толкнула дверь.

Кабинет начальника Отдела рядовых проверок отвечал всем требованиям кабинета начальника Отдела рядовых проверок, то есть был самым рядовым. В Бюро, где планерки проводят демоны, а перемещения между мирами — самая обычная вещь, все должно дышать магией и богатством. А в кабинете обнаружилась массивная, но безыскусная мебель: письменный стол, несколько стульев для посетителей, банка перьев, небольшой макет колодца в углу, школьная доска и полка с бутылочками микстур.

Морфеус сидел за столом и пытался соорудить из табачного дыма воздушный дворец. Когда дверь открылась, он как раз водружал на шпиль одной из башен развевающийся полупрозрачный флаг.

— Входите, — начальник встал с кресла, и ветер, поднявшийся от его движения, разметал дворец в клочья.

Вопреки моим ожиданиям тапочек на Морфеусе не оказалось, на его ногах красовались красные сафьяновые туфли с загнутыми носами. Старик подошел к полке с бутылочками и взял черный пузырек с серебряной крышкой.

— Первым делом, приведем тебя в порядок, — произнес он, обращаясь к Лаврентьевой. — А то взяли моду мучить бедных девочек. Протокол, понимаете ли!

Ленка протянула учителю руку, тот капнул немного жидкости на ладонь и стал втирать снадобье в ее плечо.