А на обратном пути я встретил в коридоре… кого бы вы думали? Не гадайте, все равно не угадаете — навстречу мне попались Семен Наумыч с девочкой Олечкой.
— О, Петя! — встретил меня радостным возгласом Наумыч (а Оля смотрела строго в пол), — ты что тут делаешь?
— Ээээ… — замешкался я, глядя на сопровождающего, тот понял мой немой вопрос и ответил за меня предельно неконкретно, — Петр Петрович здесь по направлению из Нижнереченска.
— Да, как-то так, — подхватил я брошенную тему, — а вы тут как оказались, Семен Наумыч?
Тут уже пришла пора замешкаться нашему бывшему завотделом.
— На работу устраиваюсь, — наконец определился с ответом он, — друзья помогли, вот и перебрался в столицу.
— Я в местной гостинице остановился, — сам не знаю почему, продолжил я, — номер 312, заходите вечером, поговорим…
Наумыч согласно кивнул мне, Оля так и не подняла от пола свой взор, и мы разошлись, как два корабля в Охотском море. А у меня после обеда началась вторая серия исследований, длительная и тягомотная… которая прервалась самым неожиданным образом.
В лабораторию буквально ворвался давешний товарищ в белой шапочке, как его… Иннокентий Палыч, кажется… вот он и объявил по громкой связи, что работы временно приостанавливаются, и меня забирают для одного важного мероприятия.
Главный по лаборатории, грузный немолодой армянин, судя по акценту, надулся, но возражений никаких не высказал. Так что я покинул стены этой страшной пыточной комнаты и отправился вслед за Иннокентием по коридорам клиники.
Он привел меня на третий этаж, где по всей видимости значились палаты для элитных пациентов. И без дальнейших разговоров завел в одну такую палату с номером 302. Внутри на кровати лежал удивительно знакомый гражданин в очках, а в ближнем углу имел место шкафообразный товарищ явно из охраны.
— Все под контролем, Миша, — предупредил его Иннокентий, видя проступающий волчий оскал на физиономии охранника, — все согласовано с Евгением Иванычем.
Миша убрал эмоцию с лица и сел на место, а Иннокентий продолжил.
— Юрий Владимирович, это тот самый талант из Нижнереченска, Петр Балашов, о котором мы говорили с вами с утра…
— Вижу, — хмуро бросил Андропов (а что это именно всесильный хозяин КГБ, я догадался уже секунд тридцать назад), — садись, Петр, побеседуем… а вы подождите за дверью, — добавил он и охраннику, и Иннокентию сразу вместе.
Но слов они никаких не сказали, а просто очистили палату от своего присутствия. А я сел, куда начальство приказало.
