— Тогда уж и эмблему на задней панели может сварганишь? — сам не знаю почему дополнил я свои требования.
— Какую?
— Вот, — и я на том же листке сбоку начирикал композицию из трёх фигур тетриса, гвоздя, буквы Т и змеи, неожиданно само собой в голове возникло такое.
— Попробую, — задумался Афоня, — но не обещаю. Обеспечивай, короче говоря, спиртягу, тогда и работа начнётся.
И я быстренько обеспечил Афоне требуемое, бутылка с этим делом у меня в экранке имелась про запас, а потом опять уселся за пайку и наладку электронной части устройства.
Меня никто не беспокоил добрый час, а потом зашёл Аскольд.
— О, давно тебя не видел, — поприветствовал я его, — с чем пожаловал?
— Пришел рассказать про Мишку, — плюхнулся он на стул рядом со мной. — Который Шифман.
— Что он башковит? — уточнил я.
— Да это и так всем ясно, — лениво отвечал он, — хотя башковитость не помогла ему, когда менты свинтили. Я про другое… ты, кстати, чего тут паяешь?"
"— Устройство сопряжения графопостроителя с СМ-кой, — запудрил я ему мозги, — вон этой хреновины (я показал за спину) с этой херовиной (черные шкафы слева).
Так чего там с Мишкой-то?
— Выпустили его, как я и говорил, — ответил Аскольд, — очень большие дяди в игру вступили. Но не вчистую выпустили, а под подписку. Так что год условно он скорее всего поимеет.
— Интересно, — ответил я, не отрываясь от пайки, — а на чём его повязали, не знаешь?
— Знаю, конечно, только это секрет.
— Да ладно, начал уж если, то заканчивай, — подколол его я, — какие секреты в наше время.
Аскольд некоторое время боролся со своим вторым я, но победило первое, поэтому он и вывалил всё на поверхность:
— Короче, сдал его кто-то из наших, вот чего… при обмене товара на бабки повязали Мишку вместе с одним барыгой из Москвы. О месте и времени при этом никто, кроме них, не знал — так что либо подслушали, либо кто-то из них проговорился.
— Либо этот барыга ментовской наседкой оказался, — добавил я вариантов.
— Вряд ли… — задумался Аскольд, — барыге пятерик светит, я это точно знаю.
— А мы с тобой вовремя с этого дела спрыгнули, — продолжил я свои глубокие мысли.
— Тоже верно, — согласился Аскольд и собрался уходить, но я его остановил.
— Слушай, ты вроде человек опытный и бывалый, — начал я, — посоветуй, чего мне делать.
— Выкладывай, — вернулся он на свой стул, а я и выложил ему ситуацию с Оленькой в фас и в профиль… имен, правда, никаких не назвал.
