— Меня немного напряг один момент в этой статье, — призналась Лариса, — про пение фальцетом…
— Да, интересный поворот, насчет этого у нас, кажется, никого еще не упрекали, — тут же подхватил тему Миронов, — тоненьким голоском, а если точно, то фальцетом, у них только Макаревич поет… если честно, то голос у него совсем не концертный. Уж на что я не певец, но и то лучше бы спел про эту Синюю птицу, фальцетить бы точно не стал.
— Не скромничай, — улыбнулась Галина, — если ты не певец, то кто тогда певец? Боярский что ли?
— А что Боярский? — переспросил Миронов, — хороший характерный артист.
Но как запоет, хоть уши затыкай, это верно… кто там его так хорошо двигает, не знаешь, Галюша? Ты же все про всех знаешь…
— Знаю, конечно, — недовольно ответила Брежнева, — но не скажу… не сегодня во всяком случае. Дам только намек — тот же человек, который и Санечку Абдулова опекает.
Обсудили заодно уж и мутную историю с кончиной Олега Даля, это совсем же недавно случилось…
— Есть такое мнение, — сообщила Галина, — что он зашился в очередной раз от пьянства, но не удержался, когда был на съемках в Киеве, полбутылки коньяку выпил за один присест.
Вот сердце и остановилось.
— Я другую версию слышал, — ответил Миронов, — что он просто подавился таблеткой и умер от удушья.
— А вообще тяжелый человек был Олежка, — поддержала беседу Лариса, — гениальный, но тяжелый, общаться с ним без скандалов и истерик у меня лично не получалось.
Повисла тяжелая пауза, после которой гости поняли, что им пора бы и честь знать.
— Ну мы поедем, наверно, — первым предложил я, — время позднее, закроют еще на замок двери моей гостиницы.
— Сейчас я машину вызову и вас отвезут, — непререкаемым тоном сказала Брежнева, — а то мало ли что в ночном городе с вами случится.
И она начала крутить диск на телефоне, на котором я краем глаза углядел герб страны — ого, АТС-1… ну может и АТС-2, но все равно круто.
— Все в порядке, — обернулась она к нам, — через десять минут черная Волга с номером 05−00 будет стоять во дворе — разберетесь там сами в очередности развоза.
А с тобой, Петя, у нас будет продолжение разговора завтра-послезавтра… Чазову я позвоню.
И мы дружно вышли на лестничную площадку, а там возле лифта и двери квартиры с номером 94 стояли два мордоворота в черном."
"— Галина Леонидовна, — тут же предельно вежливо сказал один из мордоворотов, — вы можете остаться, а остальных прошу зайти обратно. На пять минут, — добавил он, и возражать ему как-то не было никакой охоты.
