Мне душу рвет чужая боль

– Я бы не стал надевать фуражку, чтобы идти за Неверовым в дом. И уж тем более, не стал бы ее терять…

– В моей практике всякое бывало… Кстати, в квартире Пестровой были обнаружены следы от вашей обуви…

– Эти следы появились в тот момент, когда я прибыл на место преступления вместе с майором Куликом, – досадливо поморщился Федот.

Благой не стал с ним спорить, но его следы запротоколированы и внесены в материалы уголовного дела. Теперь доказывай, что ты не верблюд…

– Что ваша одежда? – следователь непонимающе посмотрел на Комова.

– На место преступления я прибыл в той же одежде, в которой меня видели в головном офисе «Большой агоры». Эту же одежду я сдал на экспертизу. И на ней нет ни капли крови… На фуражке кровь, на ноже кровь, даже сиденье в машине запачкано кровью, а я совершенно чист, как это объяснить?

– Вы могли снять один комплект одежды, переодеться в другой, потом снова переодеться…

– У вас много в машине комплектов запасной одежды? – усмехнулся Федот.

– Это всего лишь предположение, – невозмутимо посмотрел на него Благой.

– Глупое предположение.

– Глупое не глупое, но ваш автомобиль обнаружили на окраине города, на дороге, по которой вы могли переодеться и вернуться в свой отдел через пятнадцать минут…

Увы, но даже хронометраж времени был против Федота. Он появился в отделе через полчаса после того, как был убит Неверов.

– В автомобиле был обнаружен нож. И на нем не было моих отпечатков пальцев, – в отчаянии сказал Комов.

– Отпечатки можно стереть.

– Но тогда бы я уничтожил нож!

Эксперты тщательно осмотрели машину, но не обнаружили ни одного отпечатка пальца. Судя по всему, преступники тщательно уничтожили следы после себя. И даже ручку ножа протерли…

– Подставили меня, майор. Подставили…

– Все может быть, – неожиданно согласился Благой. – Но, тем не менее, я вынужден задержать вас и поместить под стражу…

На следующий день Федоту предъявили обвинения и специальным рейсом отправили в следственный изолятор.

Целых две недели Валентин находился на загородном объекте; работал как проклятый – в срочном порядке отделывал дом. Никто его не беспокоил, но, вернувшись домой, он узнал о том, что позавчера по его душу приходили из уголовного розыска и обязали срочно явиться к майору Кулику.

Правда, принял его молодой оперативник. Ничего не объясняя, он спросил, где Валентин находился четыре дня назад в промежутке времени между пятнадцатью и семнадцатью ноль-ноль часов.