Мне душу рвет чужая боль

Он сказал, что работал за городом, и дал телефоны людей, которые могли подтвердить его алиби. Оперативник стращать его не стал и отпустил домой.

А когда он выходил из райотдела, его окликнул знакомый женский голос.

Это была Кристина. Она шла к нему с печальной улыбкой на лице. На лбу черная повязка, достаточно строгий костюм, выдержанный в темных тонах. Как всегда, красивая до рези в глазах.

– У тебя что, траур? – спросил он.

– А разве ты не знаешь? – удивилась она.

– А я думала, тебя допрашивали.

– Допрашивали.

Только там какой-то темный лес. Где я был четвертого дня, спрашивали…

– Работал. За городом.

– А в этот день здесь, в городе, убили моего мужа…

Валентин молча свел брови к переносице. У него особые отношения с битовскими ментами. Однажды они помогли ему сесть на долгих шесть лет. А совсем недавно закрыли глаза на убийство Лоскутова. И даже отпустили его, не привлекая к уголовной ответственности. Но под наблюдением держать его продолжают. Вот, на допрос вызвали… Но почему не сказали, что его подозревают в убийстве Неверова? Или оперативник не счел нужным прояснить ситуацию? Или это какая-то игра…

– Подозревают майора Комова, – сказала Кристина.

– Кого? – потрясенно посмотрел на нее Валентин.

– И еще следователь думает, что у меня с ним любовь.

– Нет… Он, конечно, ничего мужчина. Но чтобы любовь, это слишком…

Кристина пальцами коснулась его руки, легонько подтолкнула его к автостоянке. И он как завороженный пошел в сторону ее красного внедорожника.

– Но следователь считает, что мы были с ним в сговоре.

Ведь Костя мог лишить меня всего, а оставил все. И теперь я богатая вдова. Комов мог бы развестись со своей женой, а жениться на мне. Бред сивого следователя… Я разговаривала с начальником уголовного розыска, он обещал мне, что подозрения с Комова будут сняты. И с меня тоже…

Кристина нажала на клавишу пульта, сняла свой «Ауди» с охранной сигнализации. Движением головы показала, что Валентин может сесть в машину. И он безотчетно принял приглашение, занял место на переднем пассажирском сиденье.

В салоне было очень комфортно, но он этого просто не замечал. Даже не заметил, как заработал кондиционер, настолько тяжелой была голова.

– И что дальше? – спросил он с запозданием. – Снимут с вас обвинения, и что дальше? Ты выйдешь за него замуж?

– За кого, за Комова?!. Я же тебе сказала, что так следователь думает…

– Что, с пустого места думает?

– Я не знаю, каким он местом думает. Но меня Комов не волнует… У меня мужа убили.