Мне душу рвет чужая боль

Потому что Комов принимал участие в его задержании. Трутнев мстит мне, Трутнев мстит ему, Трутнем мстит всем нам… Но думаю, что на этом все.

– Что все? – не понял Викентьев.

– Похоже, Трутнев понял, что нельзя все время гадить, оставаясь безнаказанным. Вчера было совершенно нападение на инкассаторов в Ростове-на-Дону, снова кровь, снова трупы. Если это Трутнев, значит, он ушел из наших краев…

– Если это он, то он ушел из ваших краев победителем, – злоторжествующе выпалил генерал.

– Вынужден с вами согласиться…

Увы, но Трутнев переиграл Степана по всем статьям.

И кровавую бойню в Битове устроил, и от должности его отстранил – по всей видимости, всерьез и надолго. Нагадил и ушел, не оставив шанса поймать себя за хвост. Рано или поздно его, конечно, возьмут. Но это сделают другие, а Степан так и останется с утертым носом…

Никогда Федот Комов не мечтал о славе крутого криминального авторитета. И даже бы не расстроился, если бы на выходе из изолятора его не ждали свои люди, как это бывает в случаях, когда из тюрьмы выходят крупные и не очень мафиози.

Но все-таки чертовски приятно было увидеть знакомые и даже родные лица. Степан Круча, Саня Кулик, Рома Лозовой, Эдик Савельев… Он так был растроган, что пришлось открыть пошире глаза, чтобы осушить набежавшую слезу.

– А я знал, что вы меня отсюда вытащите, – на подъеме чувств, приобняв Степана, сказал он.

Его друзья сделали все, что могли. Сначала они доказали, что Неверова убил Артур Трутнев со своими отморозками, а затем нашли человека, который ехал в маршрутном такси вместе с ним в момент преступления.

Парень опознал его, и следователю ничего не оставалось, как освободить его из-под стражи. Обвинения с него сняты, правда, подозрения еще остались.

– Еще б ты не знал, – полез обниматься Кулик.

– Ну и как там, по ту сторону решетки? – спросил Лозовой, крепко пожав ему руку.

– Нормально. Все как в обычном потустороннем мире.

– Добро пожаловать в наш мир! – широко улыбнулся Савельев.

– Куда едем? – спросил Федот. – Домой? Или по закону мафии?

– Ну вот, его уже в мафию потянуло, – развеселился Лозовой.

И, кивком головы показав на тюремные окна, заключил: – Нельзя тебе туда больше…

– А куда бы ты хотел? – спросил Кулик. – В баньку?

– Ну да, чтобы все чисто по понятиям, – засмеялся Комов.

– Ага, и девку тебе с длинными ногами, – хмыкнул Лозовой.

– У него жена есть, – сказал Круча. – А девка его уже другому отдана…

– Это ты о чем, Степаныч?

– Увели твою Кристину.

– Шведов увел. Или она его.