Мне душу рвет чужая боль

– Люди… Это ты нелюдь, потому что ведешь себя, как последняя мразь. И дружки твои блатные – такие же ублюдки. А тех, кого вы опускаете, те – люди. Пусть и униженные, но люди. Даже не униженные, а настрадавшиеся…

– Ты сам обиженный, потому так говоришь.

– Это ты обиженный. Судьбой. И люди тебя обижать будут.

– Какие люди? – презрительно скривился уголовник.

– Которых ты унижал… Теперь их очередь…

Валентин медленно встал на ноги, поднялся и его неосторожный сокамерник.

– Я бить тебя не буду, – сказал он, подходя к блатованному.

Сказал, но ударил – кулаком в печень. Коварный удар, но по-другому с гопотой нельзя, да и не понимают они честных правил…

– Сука! – простонал парень, осев от боли на одно колено.

Еще удар, и уголовник впечатался в стену.

– И за петуха получи…

Валентин избивал его до тех пор, пока не устал. Но и это было еще не все.

– А теперь прощение проси, гнида!

Парень уже был доведен до отчаяния.

– Прости! – выдавил он.

Удивляло то, что после взбучки он вообще мог что-то говорить.

– Ну и кто ты такой после этого? – ухмыльнулся Валентин, возвращаясь на место. – Такой же обиженный…

Парень лежал на полу и с беспомощной ненавистью смотрел на него.

И вдруг до Валентина дошло.

– Ты меня знаешь? – спросил он.

Ведь не на лбу же у него написано, в каком бараке он мотал срок.

Валентин неторопливо поднялся:

– Так знаешь или нет?

– А здесь как оказался?

Неверов говорил ему о мужчине, которого содержит Кристина и с которым он собирался познакомить его в ближайшее время.

– Неверов тебя здесь закрыл. А значит, ты и есть тот самый тип, который на шее у Кристины висит…

– Тебе не все равно? – вяло огрызнулся уголовник.

Но Кристина не знала, в каком статусе Валентин ждал в зоне звонка.

– А с Кристиной как познакомился?

– А ты не отвечай, ты просто слушай. Я же все знаю…

Конечно же, он ничего не знал. Но у него были предположения, которые зародились еще в стенах Бутырки. Что, если Кристина как-то связана с убийством Лиды?

– Я все знаю, – готовый к атаке, повторил Валентин.

– Что ты несешь, придурок?

Валентин сделал вид, что пропустил реплику мимо ушей.

– Не знаю, кто за тобой стоял, но за Митюху вы спросили. С меня спросили… И ты, конечно же, знаешь, кто я такой. И знаешь, как тяжко мне было в зоне. И весело тебе.