Мне душу рвет чужая боль

Но лучше поздно, чем никогда… Впрочем, не совсем искреннее признание урезало правду.

– И ты сука! Врешь потому что!.. Не мог Митюха стрелять! Не было у него ствола!

– Так ствол он в кущери закинул! Там снег был, ствол в нем утонул… Митюха вообще, по жизни, мокрушником был. Он зачем в тебя стрелял? Давай, говорит, Лоскут, тему такую замутим… Лоскут – это я… Ну, говорит, Новый год, салюты, грохот, все такое. А мы из волыны пальнем, вот увидишь, говорит, никто не заметит… Ну, пальнул, и ты не заметил. То есть заметил, но не сразу…

– Я тебе сейчас голову оторву, и ты сразу это заметишь, это я тебе обещаю… Если бы Митюха стрелял, у него пороховые газы на руке остались бы, а так не было ничего.

Потому что ты стрелял…

– Да нет! – закрываясь от Валентина руками, мотнул головой Лоскут. – Это не я!

– Ты!.. И я тебе не прокуратура, мне твое чистосердечное признание не нужно… Значит, Кристина меня заказала?

– Если бы я умел врать, я бы сказал, что да. Но я же не вру! Она хотела бабу твою напугать и тебя, а Митюха из волыны шмальнул…

Все-таки прав был Валентин, когда возлагал вину на Кристину.

Убить она его хотела или всего лишь напугать, но Лида погибла. И после этого он спал с ней, даже хотел, чтобы она ушла к нему от мужа… Он думал о ней хорошо, а она по уши в связях с уголовниками. И скажи после этого, что не сука она…

– Ты из волыны шмальнул, – сказал Валентин. – Но убивать я тебя не стану…

Он говорил об одном, а думал о другом. Он должен был… более того, он хотел убить эту уголовную мразь.

Он должен был отомстить ему за Лиду и за свою порушенную жизнь. И это будет уже адресная месть, а не просто сведение счетов с уголовным миром, как было в случае со Стежковым. Он отомстит за Лиду, и тогда ему еще легче станет дышать. И угасающая тяга к жизни обретет новую мощь, и жизнь снова окрасится в радужные тона… Если, конечно, Неверов оставит ему эту жизнь.

– Не убивай, – обрадовался Лоскут.

– Ты мне скажи, почему Кристина содержала тебя?

– Содержала?.. Ну да, содержала… Она хату мне купила, да.

Классная хата, в самой Москве, а не где-то на дальней окраине…

– И за что такое благо?

– Ну, она же не хочет, чтобы я рассказал, кто заказал твою бабу? Может, она и не хотела, чтобы ее убили. Но ведь ее убили!

– Ты ее шантажировал?

– Она с тобой спала?

– О! Это за радость!.. Она баба знойная… Знаешь, после такой телки даже не страшно умереть!.. А ты с ней тоже, я знаю. Мы с тобой теперь свояки, да? – похабно улыбнулся Лоскут.