Мое сердце

— Когда я был мальчишкой, мой брат Найджел и я состязались на мечах. Он поскользнулся. Отец выпорол его за это и меня тоже Он сказал, что нам надо быть более искусными на мечах. — Он протянул руки и привлек ее к себе. — Я хочу вас, дорогая, — сказал он вдруг севшим голосом и поцеловал ее.

В этот раз у нее уже не было страха неизвестности, и ее тело прильнуло к нему. Она почувствовала, как его руки нежно пробежали по ее спине и начали гладить ее ягодицы, после чего он перевернул ее на спину, нашел ее груди и долго ласкал их руками и ртом.

Велвет нашла его прикосновения восхитительными и промурлыкала свое одобрение его действиям. Ее чудесные юные груди налились желанием, а соски начали болеть, сжавшись и затвердев.

Его рука скользнула вниз по ее телу, проникла между ног, и она слегка сжалась. Но он поцеловал ее в ухо и прошептал:

— Не бойтесь, дорогая, доверьтесь мне.

Его пальцы были невероятно нежны, и в первый момент она даже не поняла, что он гладит ее мягкий секрет.

Потом без всякого предупреждения эта маленькая драгоценность начала гореть от такого сильного желания, что очень скоро она уже не ощущала ничего, кроме сильнейшего трепета.

— О! — произнесла она задыхаясь. — О! О!

Перекатив свое большое тело, Алекс оказался на Велвет и одним плавным движением вошел в нее. Она опять задохнулась, но теперь от удовольствия. Его руки лежали на ее бедрах, крепко держа ее, пока он двигался, и в этот раз все было совсем не так, как предыдущей ночью.

От счастья у нее не осталось никаких других чувств, и за ее закрытыми веками кружились в калейдоскопе какие-то фантастические образы.

Велвет впервые столкнулась с такой страстью, и ее голова металась по подушке. Она потерялась в каком-то взрывающемся мире, и уверенный в том, что довел ее до исступления, Алекс тоже кончил.

Она некоторое время приходила в себя.

Очнувшись, Велвет оказалась лежащей рядом с Алексом, ждущим, пока успокоится ее дыхание, а сердце перестанет дико колотиться. Наконец она сказала:

— Это больше похоже на взрыв, чем на растворение, милорд.

Потянувшись, он взял ее руку и стиснул ее.

— Я люблю вас, моя Велвет Гордон, графиня Брок-Кэрнская. Я люблю вас очень сильно.

— Я… я люблю вас тоже, Алекс, — призналась она наконец.