Мое сердце

Мягкость ее матери проявлялась в этом обычно жизнерадостно настроенном ребенке; но когда что-нибудь становилось не по ней, она моментально превращалась в любимую дочь Акбара, вопя во всю силу своих маленьких легких до тех пор, пока не получала чего хотела.

Обычно у детей бывает одна мать, но у Ясаман Кама Бегум их было три, ибо и бездетная Ругайя Бегум, и Иодх Баи, которая потеряла свою единственную дочь через несколько дней после рождения, безмерно ее любили. Маленькой Ясаман очень повезло, что она заполучила двух таких влиятельных покровительниц в гареме, так как другие жены Акбара ревновали и к ней, и к ее прелестной матери.

А уж отец души в ней не чаял, ведь она была для него богатым урожаем, взращенным его любовью к ее матери.

Велвет не могла даже представить, что сейчас в Англии зима. Она объяснила Акбару значение Двенадцатой ночи и празднования кануна Крещения еще в середине декабря. Он нашел эти обычаи весьма интересными и сказал:

— Наша маленькая Ясаман происходит от двух таких разных культур.

Она должна знать обе, когда подрастет.

Велвет согласилась. Она — жена могущественного восточного властелина, но в то же время — дочь великого народа. И она уже дала своей дочери первое звено в той цепи, которая должна в будущем связать мать и дитя еще крепче.

Все это делалось, конечно, тихо, почти секретно. У Акбара хватало государственных проблем: раздоры между мусульманами, индуистами и буддистами в любой момент могли вылиться в восстание. И все же его последний ребенок был крещен иезуитами в доме ее матери в присутствии только ее родителей, Пэнси, ставшей ее крестной матерью, Ругайи Бегум и Иодх Баи.

Заодно Велвет воспользовалась возможностью, чтобы окрестить и сына своей камеристки, которому исполнился уже год. Два иезуита, проводивших церемонию крещения, один из которых стал крестным отцом ребенка, были очень удивлены, узнав, что у Акбара жена христианка.

— Дитя мое. — воскликнул отец Ксавьер, старший из двух, человек с добрым, усталым лицом, — как случилось, что вы попали в такое место? Когда вы последний раз исповедовались? Когда последний раз получали причастие? Вы не боитесь за свою душу? И кто вы такая? Вы не производите впечатления простой крестьянской девушки.

— Кто я такая, для вас не должно иметь значения, отец Ксавьер, — ответила Велвет. — Но чтобы удовлетворить ваше любопытство, сообщу: у себя на родине я была католичкой, происхожу из семьи знатных аристократов.