Пошли, нужно сказать твоему дяде, — тут же поднялся Лир.
Никого это известие не обрадовало.
— Если она перешла на сторону врага, Серебряный город в опасности, — встревожился Лир.
— Я с вами, — потянулась к родным, понимая, что они сейчас переместятся.
— Нет! — возразил хор голосов.
— Мы с тобой свяжемся, — мягко заметил Глин. — Там может быть не все спокойно. Не подвергай мужа опасности. С ума же без тебя сойдет.
Вздохнула, соглашаясь. Они, конечно, правы.
Распрощались, и я повернула колечко, загадывая желание.
Очень уж хотелось вернуть вещи, оставленные у орков. Но ничего не получилось.
— Что она хочет? — поинтересовался Эран, каким-то образом услышав мое сдавленное ругательство.
— Забрать наши вещи у орков.
Эран улыбнулся, сосредоточился, прошептал какое-то заклинание.
Перед нами возникли знакомые походные сумки.
— Спасибо, папа! — Я обрадовалась, что смогу переодеться. — А как ты это сделал?
— Научу заклинанию, когда немножко подрастешь, — улыбнулся Эран, и я недовольно фыркнула.
— Злишься, — заметил мой маг, отбирая гребень, которым я пыталась расчесать волосы.
— Да.
— Нам нужно держаться вместе, мой свет.
— Там тоже мой дом!
Я отобрала гребешок, заплела волосы в косу и направилась к Даринель.
— Не обижайся на них, — попросила дриада, для которой наш разговор не был тайной. — Они очень тебя любят.
— Даринель, почему ты не сердишься на меня и на Лира за то, что ты лишилась Арана? — спросила я.
Вопрос давно вертелся на языке, но задать его не хватало смелости.
— Это было его решение, Ари. Я просто верю ему, готова принимать таким, какой есть.
Я вздохнула. Наверное, такой мудрости и взаимопонимания нам с Лиром до сих пор и не хватает.
— Спасибо…
— Мы семья, Ариадна, — мягко напомнила дриада. — Деревце не создашь с теми медовыми яблочками? Очень уж хочется!
Понимаю, что хочет меня отвлечь, но как ей откажешь?
— И колыбельную спой для нас с сынишкой, — попросила она.
— Думаешь, именно мальчик родится?
— Рокот почувствовал его магию, — улыбнулась она.
Я охнула, потом задумалась. Мне в детстве никто не пел колыбельных. Впрочем, память сирены подсказала нежную мелодию. Она звенела, как колокольчик на ветру, Даринель вскоре уснула. Последнее время она сильно уставала, но отказывалась сидеть во дворце. Я ее понимала.
Осторожно укрыла ее плащом Тира и задумалась.
