Повернувшись на каблуке, чувствуя на лице жжение ее рук и зная, что не стану пытаться отмыть его от ее прикосновений, я направился к балкону.
Мама и Айи сидели на мраморных перилах и смотрели на меня так, словно я только что приземлился на кукурузное поле на космическом корабле с шапкой-пропеллером из ""Губки Боба"" на голове. Недоумение еще не все сказано.
Они выглядели так, будто пережили опыт вне тела.
— Тебе следует быть осторожнее с персоналом. — Мама говорила достаточно громко, чтобы Фэрроу услышала.
— Ты же не хочешь получить иск о сексуальных домогательствах.
Я не ответил."
"Когда я рос, люди всегда говорили мне: ""Хорошо, что ты выжил"".
Но действительно ли я выжил в той аварии?
Я так не думал. В тот день я потерял слишком много частей себя.
И все же я жил, не живя. В конце концов, выжившие — профессионалы в том, чтобы продолжать жить, неся на своих плечах груз всех, кто остался позади.
И в течение двадцати одного года это была моя судьба.
До этого момента.
Я делал успехи. Медленно оживал.
Свет был слишком ярким. Еда была перенасыщена вкусом.
Но я больше не был мертв внутри.
И это пугало меня.
33
ЗАК
— Ты должен сосредоточиться на договоренности с Эйлин, пока она не опомнилась. — Мама положила палочки на подставку, выпрямив позвоночник, как часовой. — Твои дни, когда ты тайком общался с персоналом, должны закончиться. Тебе уже тридцать три.
Селеста Айи зачерпнула в рот пельмень, переведя взгляд с моего лица на мамино.
— Кто тебе сказал, что они тайком общаются? Это объятие было показано практически в IMAX.
— Не будь смешной. — Мама подняла салфетку с колен и поднесла ее край к уголку рта, чтобы вытереть невидимое пятно. — Мой сын лучше знает, как разбить мне сердце таким образом. Амбициозная женщина не может быть логичным выбором жены. Слишком опасно.
Я взял ломтик огурца и засунул его в рот, жуя. Мама посмотрела в мою сторону, ожидая подтверждения.
Когда его не последовало, она продолжила:
— Он знает, что его отец также не одобрил бы ее.
И это его очень волнует, ведь Лао Бо больше нет, чтобы высказать свое мнение.
Она часто так говорила, и это выводило меня из себя.
Особенно потому, что иногда мне хотелось, чтобы умер именно я.
Я потянулся за вином.
— Я прекрасно знаю, мама.
— И с каких это пор ты пьешь вино за обедом? — Айи прижала руку к груди. — Мы могли бы провести вместе столько счастливых часов.
Она не нуждалась в моем обществе.
