Мои бывшие

Который ни хрена не видит, кроме этой любви. И не заметил, что ей на цветы плевать, на меня.

— Ты просто сволочь, — в истерике выплюнула девица у дома напротив.

Повернулся и улыбнулся — Руслан опять кого-то трахнул и послал, девчонка в кожаной юбке выбежала за ворота.

Бежит и оглядывается. И сыплет проклятия на дом моего друга.

Когда он найдет ту самую, свою — я ему точно новую тачку подарю, не меньше.

Он вышел на балкон, сунул в рот сигарету. Махнул нам.

Яна смотрит.

— Мне ревновать пора? — в голос шутки добавил, но нахмурился.

Дружбы между мужчиной и женщиной быть не может — только секс, я так считаю. Так всегда и было — это природой заложено, хотеть женщину, не может быть дружбы.

А они дружат. Моя девушка с моим лучшим другом.

— Пора, — ответила Яна. — Да, пора ревновать.

Остолбенел, кольцо сжимаю в кармане и цветы перед ней.

— Мирон, чего ты за мной таскаешься? — она отступила обратно к воротам. — Чего ты не понимаешь?

Стою, как дурак, и тупо смотрю на нее.

— Не надо больше приходить, — она шагнула в сад, взялась за калитку. — Всё.

— Что всё? — двинулся на нее. — Яна.

— Мне нравится Руслан.

Просто выплюнула в лицо мне, а я думал, подозревал, злился, и вот оно — сразу в лоб. Никакая не дружба, а больше — я сразу знал.

— Друг мой нравится? — кольцо в кармане, я продолжаю его сжимать. — Ян.

— Да, друг, — как галлюцинация, ее слова. — Руслан. Очень нравится. Тащусь от него. Не ходи сюда со своими дурацкими букетами, Мирон. Достал.

Как цветы из рук выпали — не помню этого, как ушел и бросил байк — тоже, просто тропинка, и деревья по обе стороны, просто иду, трогаю в кармане кольцо.

И хочу ее убить.

До дома на автомате дошел, ворота открылись и на дорогу выползла черная машина отца. Он опустил стекло.

— Чего, парень? — заметил, что я не в себе.

У меня вид, как у покойника, я и не жив толком."

"В салоне Марина, она ее подруга, я при сестре о важном не говорю. Но забил.

— Яна.

Короткое имя, три буквы всего, я столько вложил в него голосом — отец сразу понял.

— Мирон, — он наклонился ближе к окну. — Эта твоя Яна мне давно не нравилась. Она с Бестужевым спит. Тебя дурят. И она дрянь, и друг твой — говно.

Ёбн*ть ему хочется. С размаху, кулаком в челюсть, отцу. За такое.

Сдерживаюсь.

— Мирон, правда, — сестра выглянула в окно. — Мы же с Яной подруги. Папа не зря говорил, что не надо с ней общаться. Я сама видела, как она к Руслану…

— Нах*й идите.