Мой бывший враг (СИ)

Он или не замечал эти поползновения массажистки, или никак на них не реагировал.

Даже мелькнула мысль, что, может, я придумываю лишнее? Ну, коснулась она его грудью разок случайно… Да нет, ничего тут случайного. И не разок вовсе. И вообще такое всегда чувствуется. Да и по лицу её, опять же, всё видно.

Хотя блондинка быстро справилась с растерянностью, ослепительно мне улыбнулась и поприветствовала меня так ласково, словно я у неё тоже вип-клиент. Может, у меня уже разыгралась паранойя, но это её воркование и сладкие улыбочки показались мне фальшивыми.

– Здравствуйте, – ответила я угрюмо, продолжая разглядывать её.

– Мы не закончили, – елейно прошелестела она. – Дайте нам, пожалуйста, ещё минут тридцать.

Мне не хотелось уходить. Я пялилась на её крупный алый рот, на её формы. Меня душила злость, внутри свербело подозрение, но что я могла сделать? Выглядеть ревнивой истеричкой мне тоже не хотелось – это всегда так глупо и жалко смотрится.

– Может, на сегодня хватит? – заерзал на кушетке Димка, но блондинка по-хозяйски положила ему ладонь на поясницу, ласково, но настойчиво прижала к столу.

– Дим, ну ты же знаешь. Или лечимся, или нет. Нам же результат важен. Думаю, ничего с девушкой не случится, если она полчасика подождёт где-нибудь…

Проглотив раздражение, я развернулась и в последний момент успела поймать в отражении зеркала её взгляд, направленный мне в спину. Взгляд первостатейной стервы-хищницы.

И я передумала. Пусть эта пышногрудая думает про меня, что хочет, пусть считает дурочкой, но никуда я не уйду.

Я прошла в гостиную, к дивану, и забралась на него с ногами. Состряпала невинную улыбочку и проворковала под стать ей:

– А вы не обращайте на меня внимание. Делайте массаж, я тут тихонько посижу. Заодно посмотрю, поучусь. Может, сама потом буду.

– Но как бы… – растерялась блондинка. – Как бы это процесс достаточно интимный, требующий расслабления…

– Дим, тебя напрягает мое присутствие?

– Нет, – произнёс Димка без особого энтузиазма.

И я с улыбкой развела руками, мол, видите, всё нормально.

Правда, был потом ещё один момент мелкий, но неприятный. Когда всё закончилось, Дима поднялся, она подала ему простыню, которой он обернулся. Выглядел он мрачным, и я даже на расстоянии чувствовала флюиды какого-то недовольства, что ли, исходившие от него. Или даже подавляемого раздражения.