Что его истинные мотивы были от меня скрыты — и он получил подарок от богов, когда я сама пришла к нему в постель, когда раскрыла, кто я такая.
Значит, было важно именно то, что я дочь своего отца?
Но почему?
Чем я так ценна, что меня надо было захватывать? По каким причинам меня не просто использовали, но взяли в жены — вместо того чтобы убить? Или моя ценность именно в том, что убить меня можно в любой момент?
Боги, ну почему я чувствую себя сейчас настолько беспомощной, как не чувствовала даже прежде?
Меня насильно вводят в небольшое помещение без окон — здесь только набитый мхом тюфяк на полу и небольшой жар.
— Ты не отвечаешь…
— Не время.
— И торопишься уйти, — я почти цепляюсь за него. Потому что хочу использовать даже малейший шанс понять, что именно происходит.
— Желаешь, чтобы я остался?
Отступаю.
Уходит.
Даг беспокойно смотрит на меня, но я лишь качаю головой. Не буду обсуждать…
Что бы все это ни значило, я узнаю — рано или поздно.
Но как же жутко это незнание сейчас…
ГЛАВА 27
Ночь прошла плохо, несмотря на восхитительное тепло.
В голове крутились слова и мысли, ощущения, взгляд хрустального и недовольно поджатые губы Эгиля-Ворона.
«Не время».
Для чего? Чтобы узнать правду?
Для правды никогда времени подхотящего не бывает, но я же не из тех, кто хотел бы жить за завесой лжи. И крохи истины, перепавшие мне со стола богов, никак не открывали всей картины, и тем мучительней и даже страшней представлялось будущее.
Во сне мне пели знамена.
А утром… утром я едва смогла оторвать тяжелую от раздумий голову от мягкой шкуры и привести себя в порядок с помощью чистого таза и тряпиц, да служанки, которая с охотой расчесала мне волосы — много много раз проведя деревянным гребнем, так что они засияли — а потом предложила заплести на местный манер.
После некоторого раздумья, согласилась."
"Не известно, какой прием меня ждет в королевском замке и что там будет предложено — вдруг какая насмешка или намек? Уж лучше заранее понять, как здесь принято.
Несколько косичек сложного плетения открыли мой лоб, по две тугие — виски.
А сзади девица сделала три узла, на каждый из которых будто заговором произнесла.
— Защита Севера. Защита льда. Защита мужа.
— Незамужние не могут по три узла вязать? — поинтересовалась с любопытством.
— Только два, — та кивнула с улыбкой, но, помявшись, добавила, — Любимые наложницы тоже не отказываются.
— А распущенные волосы?
— Всегда лишь под защитой стен дома, полога или короны, — ответила уверенно.
