Мой граф

Да, она была, как всегда, умна и очаровательна, но за ее веселой улыбкой он ощущал и какую-то печаль. Глядя на нее сейчас, смеющуюся вместе с родными и до неприличия счастливой парой, лордом и леди Морган, Марбери подумал о том, что, возможно, за книжными страницами прячется неуверенная и испуганная девушка.

Он полюбил все семейство, и в его мечтах она была младшей сестренкой, которую ему всегда хотелось иметь.

Не дай бог, кто-нибудь узнает, каким чувствительным он сделался.

– А виски тут есть? – просипел он, когда сад наполнили крики: «Тост! Тост!»

Слава Богу.

Отвлечение от его слезливо-сентиментальных мыслей. Требуется выпить, дабы загасить ту искру одиночества, которая вспыхивает в подобные минуты, но в этом он не признается никому и никогда, даже под страхом смерти.

Лорд Брейди жестом пригласил всех собраться под буком, позади которого стояла скамейка. Затем глава семейства проворно вскочил на скамейку, превращая ее в импровизированную сцену, и поклонился в ответ на последовавшие аплодисменты.

– Как всегда, его милость не может упустить возможность выступить перед публикой, – раздался насмешливый голос ненормальной ирландской экономки по имени Элис. – И откуда в нем столько сладкоречия, хотела бы я знать?

Толпа от души рассмеялась.

Элис добродушно помахала лорду Брейди и переключила свое внимание на самого юного мужчину в семействе Брейди, уложила Альберта к себе на плечо и стала тихонько похлопывать его по попке.

Марбери отметил, что сегодня на ней ее ярко-синее платье из муарового шелка – несомненно, в честь особого случая, волосы уложены в строгий пучок, а поверх платья – фартук с кружевными оборками.

Фартук совершенно не уместен для праздника, критично размышлял Марбери, но этот же фартук был на ней и в Бэллибруке. Она, наверное, и спит в нем.

Он никогда не забудет, как однажды в Бэллибруке он попробовал оскорбить Элис, в шутливой манере сравнив ее с Веллингтоном, что на самом деле было комплиментом. Но она восприняла в штыки его легкое замечание и устроила такой разнос, какого он не получал ни до, ни после, заявив, что если он хочет общаться с членами дома Брейди, то ему лучше оставить ложную гордость и отвратительные манеры и стать приличным человеком.

Не экономка, а самый настоящий суровый десятник эта Элис, но Марбери вопреки всему она нравилась… совсем чуть-чуть.

Да поможет ему небо. Она сейчас как раз направлялась к нему.

Экономка подошла и приблизила лицо к его лицу.

– Лорд Марбери, – тихо проговорила она.