Мой кошмарный принц

Стас, как покупатель, конечно, мог покапризничать, но как деловой человек был просто обязан понять мотивы женщины.

— Что вы? — пожал плечами он. Сам набрал номер и тихо сказал: — Заходи.

Молодой парень с дипломатом в руках появился буквально через пару минут. Подойдя к чемоданчику, Стас распахнул его и показал содержимое:

— Можете пересчитать.

— Гоша, — тихо приказала Ольга Николаевна, и охранник тут же выполнил ее пожелание. Пересчитал. Назвал сумму. Директриса благодушно кивнула:

— Все верно, — ловко свернула снятую с подрамника картину лицевой стороной вверх, спрятала в тубус и протянула Стасу.

 — Приятного владения, Петр Игоревич.

— Благодарю за содействие, — невозмутимо откликнулся он. — С вами приятно работать, — и в сопровождении паренька уже без дипломата покинул кабинет. Царственным шагом прошествовал через галерею. У служебного входа стоял неприметный джип, дверь которого перед ним распахнул его спутник. Устроившись на заднем сидении, Стас поймал в зеркале заднего вида взгляд водителя:

— Ну что? — нетерпеливо спросил он.

— Ты держался молодцом, — похвалил его Родион. — Князев говорит, что все записалось.

Вот только уехать они не успели. Дверь машины резко распахнулась, и ему прямо под нос сунули удостоверение:

— Петр Львов? Прошу проследовать за мной.

— Ну что? — стоило только покупателю удалиться, как в кабинет зашел новый персонаж. При виде него Бубнова вздрогнула, но тут же взяла себя в руки и оттолкнула от себя дипломат.

Тот, пролетев по гладкой поверхности стола, тут же попал в руки гостя. С какой-то хищной улыбкой он его распахнул и достал оттуда пачку, перебрал купюры и пропел:

— Деньги. Миром правят деньги, господа! — и обратился уже к хозяйке кабинета. — Так ведь, голубушка? Ради денег мы способны на все.

В ответ получил недовольный взгляд и расхохотался. Кому-кому, а ему-то прекрасно было известно, что данная пешка вошла в их игру не ради денег. У нее же была «великая», практически глобальная цель.

Да, его босс тонко рассчитал, как втянуть эту интеллектуалку в их бизнес. Пусть теперь расплачивается.

— Особенно вы, — скривилась Ольга Николаевна, которой этот человек был почти физически неприятен. Он ассоциировался у нее с ее собственными ошибками, ее подлостью.

— Поговори мне еще, — продолжал веселиться мужчина. — Или ты все еще мечтаешь сорваться с крючка? Так не мечтай, обратного пути нет.