Мой кошмарный принц

— По идее, все уже должно было закончиться, — пробормотала она себе под нос. — Почему он не звонит?

— Обычно девушки страдают над этим вопросом несколько в других обстоятельствах, — хмыкнул зашедший на кухню Глеб. — Мелкая, чего страдаем? Все с твоим ухажером нормально будет.

Ага, ему легко говорить. А ей так и хочется сорваться, убежать в «Солнечный рай» и натворить какую-нибудь глупость. В смысле, проследить своими глазами, что все прошло нормально. Но она обещала. Да черт с тем, что обещала.

Ни Глеб, ни Матвей и за порог квартиры ее не выпустят, как бы ей этого ни хотелось. Обязанности надзирателей они приняли на себя с каким-то даже извращенным удовольствием.

Вместо ответа кинула лишь злой взгляд на друга детства. Тот вдруг резко посерьезнел и выдал:

— Так, ясно. Девочки, извините. Украду это вредное чудовище на пару минут, — и, прихватив Асю за локоть, буквально вытащил из кухни. Увел в дальнюю комнату, где не было никого, прикрыл дверь и внимательно посмотрел на какую-то потерянную девушку.

— Ну что с тобой происходит, а? Что терзаемся? Все же хорошо. Он тебя любит, ты — его, сейчас еще этот дурдом закончится, вообще все прекрасно будет, — как маленькой, начал раскладывать ей все по полочкам он.

— Я его не люблю, — тут же возразила Ася, но наткнулась на насмешливый взгляд и осеклась.

— Ой ли? — словно этого было мало, выгнул бровь Левицкий. — Действительно не любишь? Подумай. Хорошо подумай.

Волновалась бы ты сейчас так, если бы не любила? Он ведь не такой, как Илья. Он способен сам решать свои проблемы. Способен дать тебе быть слабой. Разве не это важно, Асютка? Разве не важно то, что ты можешь ему довериться? Он ведь тебя чувствует. На каком-то подсознательном уровне. Будь это не так, он бы ничего не добился. А раз добился… Все равно ли тебе? Правда не любишь?

И такая хитрая-прехитрая улыбочка. Так, словно он знает и понимает, куда больше, чем она сама.

А, может, так оно и есть? Глеб нашел свое счастье и вряд ли когда-нибудь его отпустит. А она?

А она раз за разом отправляет на относительно безопасную дистанцию человека, который был ей дорог. Человека, за которого она боится так, как не боялась бы за саму себя. Парня, который сводит ее с ума, рядом с которым сложно думать хладнокровно и хочется просто быть слабой. Мужчину, которому она доверяет так, как не доверяла, наверное, никому.