Мой любимый герцог

Эти слова хоть и стали для нее шоком, но она его поняла: теперь он действительно не мог оставаться ее опекуном.

– Но ты же никогда и не горел желанием им оставаться. Разве не так?

Рат убрал с ее лица непокорную прядь и нежно улыбнулся:

– Нет. Я подумал и решил, что мне больше нравится называться мужем.

– Шутить изволите, ваша светлость?

– В постели я не «ваша светлость», Марлена. И да, я улыбаюсь, но при этом совершенно серьезен. Я хочу, чтобы ты стала моей женой, и сегодня позволил себе лечь с тобой в постель только по одной причине: не желаю, чтобы ты искала себе мужа.

Марлена, не в силах пошевелиться, не могла отвести глаз от его лица, но это не помешало ей почувствовать болезненный укол в самое сердце. Неужели он действительно произнес те самые слова, которые ей больше всего на свете хотелось услышать, признание, на которое она не могла ответить?

– Я не ожидал от тебя молчания, – произнес Рат, явно обескураженный.

– А я не ожидала от тебя предложения, – ответила Марлена и отвела глаза.

Он нежно, но твердо повернул ее голову к себе.

– Ладно. Наверное, я не с того начал. Прежде всего я должен был сказать, что люблю тебя, Марлена. Да, это так. И еще, как выяснилось, я чертовски ревнив. Не желаю, чтобы другие джентльмены танцевали с тобой, приносили тебе шампанское, но пока был вынужден это терпеть. Впервые увидев тебя, я понял, что не смогу относиться к тебе как к другим женщинам, но упрямо не желал в это верить.

Ей очень хотелось уткнуться лицом ему в грудь и признаться во всем, надеясь на прощение: она даже была готова умолять его о прощении, – но вина перед ним не позволяла посмотреть ему в глаза, и она не желала, чтобы он об этом узнал.

– Не говори больше ничего, прошу тебя, – выдавила она с трудом, чувствуя, как усиливается боль в сердце.

Она попыталась встать, но герцог удержал ее, поэтому просто отвернулась.

– Посмотри на меня, Марлена.

Это было трудно, но она справилась. Он сказал, что любит ее, хочет на ней жениться. Она должна чувствовать себя самой счастливой на свете, но вместо этого ощущала, как сердце ее разрывается на части.

– Я бы не просил тебя стать моей женой, если бы не любил и не хотел с тобой идти по жизни рука об руку. Я люблю тебя, и когда мы были там, внизу, колебался вовсе не потому, что не был уверен в своих чувствах.