Мой любимый герцог

Марлена почувствовала, как к глазам подступили слезы, и собрала волю в кулак, не давая им пролиться, потому что категорически не желала, чтобы Рат увидел ее плачущей. Кузены всегда говорили о ней: «Она, может, и плачет, но никто этого никогда не видел».

– Прошу тебя, ничего больше не говори: я не могу выйти за тебя замуж, – повторила Марлена и до боли закусила губу.

– Но ведь ты же любишь меня, я знаю! – в отчаянии воскликнул Рат.

– Да, люблю больше жизни, но ты совсем меня не знаешь.

– Ты тоже не все обо мне знаешь, и слава богу.

– А я не смогу с тобой жить, если между нами не будет полного доверия. Я же не могу открыть тебе свою тайну, потому что она принадлежит не только мне.

– Тебе и не придется. – Рат помолчал, пристально глядя ей в глаза, полные слез, и вдруг сказал: – Я и так знаю, кто такая мисс Гонора Труф.

Распутник не нуждается в извинениях леди.

В спальне воцарилась тревожная тишина. Марлена молча смотрела в глаза любимому мужчине и была спокойнее, чем он ожидал.

Рат понимал, почему она не согласилась принять его предложение. Этого следовало ожидать. Как и она, он тоже не смог бы жить без полного доверия, поэтому и признался, что ему все известно.

– Как ты узнал? – спросила она наконец.

– Скажу честно, у меня были подозрения с самого начала, но окончательно я убедился в своей правоте в тот день, когда миссис Абернати увидела мышь.

Марлена нахмурилась.

– Почему же ты не сказал сразу?

– Не хотел, чтобы ты переживала.

– Евгения? Нет, что ты!

Марлена вскочила, но на сей раз Рат не пытался ее остановить: наблюдал молча, как ее длинные золотисто-рыжие волосы тяжелой копной упали на плечи и спину. Ему очень хотелось, чтобы эта роскошная женщина вернулась в постель, однако он понимал, что этого не произойдет, пока они не доберутся до истины.

Марлена подняла с пола сорочку и надела. Рат тоже встал и, натянув панталоны, заметил:

– Ты не могла не догадываться, что рано или поздно я узнаю. Или, во всяком случае, допускала такую возможность.

– Почему ты заинтересовался автором скандального листка только сейчас? Ему ведь уже три года. – Она разыскала корсет, надела и повернулась к Рату спиной.

– Мы пытались узнать, кто это, с тех самых пор, как она взялась за письма от тайных поклонников.