Мой любимый герцог

А еще мы хотели выяснить, кто тот негодяй, который распустил слухи в «Уайтсе»: я бы лично позаботился, чтобы больше у него не возникло такого желания. Никогда.

Марлена хранила молчание и, стоя к нему спиной, старательно зашнуровывала корсет, стараясь затянуть как можно туже. Он вспомнил, как впервые вошел в этот дом. Тогда она, в точности так же отвернувшись от него, пыталась развязать ленту на шляпке.

Рат обошел ее и высвободил из рук шнурки. Марлена было воспротивилась, но он сказал:

– Я эту проклятую штуковину с тебя снял, так что вполне способен и вернуть на место.

Стой спокойно.

Она послушно опустила руки, и Рат принялся зашнуровывать корсет, не переставая говорить.

– Не хочу, чтобы ты переживала из-за того, что я узнал правду о Евгении.

– Это не она, – тихо сказала Марлена.

– Я не собираюсь ей мстить, поверь, хотя наказания она, безусловно, заслуживает. Правда, она достаточно деликатна. Я видел ее писанину в ящике твоего стола, когда ты в спешке пыталась спрятать нюхательные соли, и теперь знаю, что ты, вероятнее всего, читала незаконченный труд мисс Эверард.

– Это не Евгения, – повторила Марлена.

– Сначала я ничего не понял, но потом, когда мисс Эверард упала в саду в обморок, скандальный листок оказался на траве, и я прочитал снова. Еще тогда я подумал: что-то знакомое, – но потом решил, что мисс Труф всего лишь в очередной раз перебирает старые сплетни. Были и другие мелочи.

Рат закончил шнуровать корсет, поднял с пола платье и протянул ей.

– Спасибо, но ты ошибаешься.

Да, у Евгении была брошюра мисс Труф, был и скандальный листок, но они есть у многих леди, – заметила Марлена, расправляя платье. – Даже у леди Веры.

Рат застегнул панталоны, чувствуя, что теряет терпение: Марлена упорно отрицала очевидное.

– Тогда почему мисс Эверард каждый раз, когда меня видит, падает в обморок? – надевая сапог, спросил он раздраженно.

– Больше не падает, – упорно отрицала она очевидное. – Ты был у нее в доме, и все обошлось.

– В тот день обе сестры выглядели так, словно с радостью оказались бы в любом другом месте.

Честно говоря, меня удивило, что они не сбежали. – Раздражение ее упрямством все росло. – Нет смысла ее защищать. Кроме того, мне известно, что ее сестра – одна из тех, кто получил письмо, вот она и мстит.

– Повторяю: Евгения здесь ни при чем.

Глаза Марлены опять наполнились слезами, и это удивило Рата.

– Тогда это Вероника Портингтон. Или они обе.

– И опять ты не прав. Это я. Мисс Гонора Труф – мой псевдоним.