Мой наполовину (СИ)

Она ненавидела меня за то, что я ее отвлек от переезда и налаживания жизни за границей. Однако на предложение забрать сына с собой умолкла.

День встречи выпал почти перед Новым годом. Он вошел в комнату, и мы столкнулись взглядом.

Я боялся до ужаса, что увижу презрение, страх, отторжение. Но все, что там было… все другое. Тоска, боль, нужда.

Это разбивало сердце, но я видел в нем мужество. Это был мой сын. Сильный парень, который и сам станет достойным мужчиной.

Он кинулся в мою сторону и обнял меня, заставляя меня дышать чаще.

Жанна плакала сбоку и, ударив меня в плечо кулаком, влезла в наши объятия, укрепив их.

– Ну как вы? – спрашиваю сев за стол вместе с ними.

– Нормально, – невесело отвечает Сергей.

– Эй, я все еще тут, помнишь. Меня просто нет рядом, но я, кажется, здесь, – сжал его руку.

– Это не одно и то же.

– Верно, сын. Но это уже что-то. Мои надежды на тебя по-прежнему высоки. Ты попадешь в лигу, и я обязан гордиться тобой и твоими успехами.

Он молчал. Но ответил все же.

– Ладно. Мы снова переехали.

– В старую квартиру. Мама уедет, а квартиру, так как она больше оставит. И приказала там жить.

– Там ближе к школе. И там моя старая комната.

Сестра молчала. Она по-прежнему не верила в то, что происходящее, правда. И нам нужно было обсудить Сашу. Так как она, не прекращая, винит только себя. Я пытался ей звонить. Но она боится говорить со мной.

– Я знаю, что это из-за нее, – вдруг произнес Сергей.

– Ты правда заступился за эту женщину?

– Правда. Тот человек причинил ей большую боль и остался безнаказанным. Он пришел снова и хотел сделать с ней это снова. Но сын, то, что произошло случайность. Я ударил, но он поскользнулся.

– Намек на то, что нужно думать, прежде чем распускать руки?

– Именно. Я пошел на поводу у ярости. Мог просто оттащить его и перекрыть путь. Позвонить в полицию.

Я считал иначе, но сын должен знать, что такие моменты – это баланс на грани.

– Тебя посадят? – вопрос, который не оставляет меня в покое.

Разумеется, мы обсуждали с адвокатом все это, и я знаю все, что будет потом.

– Это решать судье, сынок.

– И я тоже, – обнял его крепко и почувствовал, как он дрожит.

Все время я боролся с самим собой. Держался. Но рядом с сыном не могу. Выпуская страхи на волю. Не до конца. Чуть-чуть.

– Все будет хорошо, обещаю. Все будет хорошо…

Я в это верил. Я это знал.