Состояние очень похоже на то, прежнее, которое я не люблю вспоминать.
Когда, несколько лет назад, у меня украли Аню и Ваньку.
Мою Аню, про которую я еще не знал, что она беременная Аленкой.
И моего сына, к которому я толком не успел привыкнуть. Даже не словил еще то ощущение, что сейчас постоянно со мной.
Ощущение, что у меня есть сын.
Моя кровь.
Мое продолжение.
Мое все!
Вот тогда я, помню, чуть не сдох от внезапно навалившейся пустоты, которая раздирала изнутри.
И понимания, что, если с ними что-то случится, если моя Аня и мой сын… Если они исчезнут… То и меня не будет.
Не останется на земле того, привычного всем, Хазара. Его пустота сожрет.
А на месте этой пустоты появится зверь.
Наверно, этот зверь уже тогда проявился в лице, потому что охрана и мои парни от меня отскакивали на полметра в стороны.
И сейчас отскакивают.
Охрана Ани, парни, на которых я едва смотрю, с ними потом будет плотная беседа о качественном исполнении обязанностей, шарахаются, как от чумного.
Миша, у которого явно кишка покрепче, только бледнеет так ярко, что мельком вспоминаются мертвяки, которые ходят.
Да я и сам сейчас такого мертвяка напоминаю.
Им и буду, если с Ванькой что-то…
— Хазар, уже отследили, что на пятак пошли они… — тут же принимается говорить Миша, — скорее всего, ничего особенного, просто пацанячьи дела…
— Телефон его где?
— Не отслеживается…
— Каким образом?
— Не понимаю пока.
— Маяк на одежде?
— Куртка в классе осталась…
Не выдерживаю, заряжаю бледному Мише по морде. Не потому, что он виноват, хотя, виноват, конечно, такие вопросы надо предусматривать.
И, если говорю, плотно следить за ребенком, значит, маяков ему надо было во все детали одежды напихать! Вплоть до трусов!
— Почему маяк один? — холодно уточняю у согнувшегося в три погибели Миши, молча утирающего кровь рукавом.
Краем глаза отмечаю разбегающийся в разные стороны посторонний народ, испуганный моими резкими действиями, и бледно-зеленых охранников, из числа Аниных и тех, что со мной приехали.
Они не разбегаются, тренируют силу воли, но рожи у всех испуганные.
А Миша ничего, крепкий, на ногах даже удержался.
— Мы на куртку поставили один, думали, хватит…
— А у вас гребаных маяков мало? Или, нахрен, мозгов?
— Хазар…
Невыносимо тянет добавить еще ногой по виноватой кровавой роже, но в снова звонит телефон.
Начальник управления МВД по городу, Технарев Пал Саныч. Сердце сжимается. Не просто так звонит.
— Слушаю, — голос свой со стороны слышу. Холодный. Мертвый.
