Моя по всем статьям

– Сверху уже пришёл неофициальный приказ не давать делу ход, – добавил Миха.

– Но ты, как понимаю, собираешься его проигнорировать, – с утверждением. Слишком давно я знал Миху, чтобы сомневаться в этом.

– Дебенко была на втором месяце.

Я резко повернулся к нему. Стиснул зубы. Вот же проклятье! Внешне друг был спокоен. Скрытую в нём ярость можно было только почувствовать.

Он тоже посмотрел на меня. Во взгляде была решимость.

– Чёрт возьми, – выругался тихо. – Этого я не знал.

– Ты нет, а Афанасьев, вполне возможно, знал.

Скорее всего, ему предоставили все данные, вплоть до последнего похода в женскую консультацию.

Я ещё раз выругался. Швырнул пустой стакан на приборную панель. И, взяв папку, кинул на колени другу.

– Это копии, – ответил на его немой вопрос. – Оригиналы в надёжном месте. Как только они будут нужны, я скажу тебе, где именно. Так будет безопаснее.

– Придётся действовать в обход руководства, – открыв папку, он пробежался взглядом по строкам. Перелистнул пару страниц.

– Афанасьев ответит и за Дебенко и за всё остальное, Мих.

Я тебе обещаю.

Друг оставил бумаги в покое. Закрыл папку.

– Ответит, – согласился он. – Я тебе тоже обещаю.

Рихарда не было весь день. Когда я спустилась вниз, Яков тоже собирался уходить, но был он один. На мой вопрос, где Ард, он ответил, что, когда тот вернётся, скажет сам. Если посчитает нужным.

– Он знает, что делает, – проводив Якова, подошла ко мне Мира. – Рихард.

– Он, может, и знает. А я нет, – немного раздражённо. Хотя раздражение это к Мире никакого отношения не имело.

 – И от этого только накручиваю себя. Почему просто не объяснить?! Это ведь и ко мне относится. Ко мне и к моей дочери, Мира! Почему?! Или он думает, что мне всё равно?

Она посмотрела на меня так выразительно, что оставалось лишь вздохнуть. Вряд ли Мирославе с Яковом было проще, чем мне с Рихардом. Достаточно было вспомнить, что именно он упёк её в следственный изолятор только потому, что она не согласилась добровольно выйти за него замуж. Зато теперь на пальце её красовалось кольцо, а сама она носила под сердцем его ребёнка.

И выглядела при этом счастливой, хотя ещё недавно была вынуждена пройти через кромешный ад.

– Вот такие они, Крис, – улыбнулась она немного грустно. – Наши мужчины.

– Наши, – я так же грустно усмехнулась. – Это Яков твой, а Ард, – качнула головой, – не знаю, был ли он вообще когда-нибудь моим. Но то, что между нами сейчас…

– Жалеешь, – выговорила она с утверждением. – И из-за этого ничего не видишь.