Моя строптивая леди

Мужчины, а также женщины в масках и без масок с силой шлепали картами, провожали взглядом брошенные кости и передвигали друг к другу груды банкнот. Честити содрогнулась — ей всегда казалось, что между игроками незримо присутствует дьявол.

Пробираясь между столами, девушка заметила за одним из них престарелую леди Фэншоу. Пользы в этом не было никакой, весь свет знал, что эта матрона без ума от карт. На азартные игры общество смотрело сквозь пальцы.

— Одна, моя курочка? — Честити схватили за руку, и она оказалась на коленях у мужчины средних лет.

 — Сегодня мне не везет, может, хоть ты принесешь счастье.

Он тут же пощупал ее грудь. Пришлось это вытерпеть: сопротивление показалось бы подозрительным. Впрочем, стоило обвить его шею руками, как он вернулся к своим картам. Выждав, пока партия наберет обороты, Честити принялась заигрывать и была сброшена с колен с криком «Дьявольщина, я ничего не вижу!». Теперь она разыграла обиду и ушла.

Все это очень напоминало водевиль, и самой участвовать в нем было забавно.

Никогда еще Честити не чувствовала себя такой вольной пташкой, как теперь, под этой черной бархатной маской. Она не была больше ни леди Честити Уэр, ни падшей женщиной, ни даже симпатичным Чарлзом. Она была леди N.

За столом чуть дальше происходило нечто занимательное. Здесь на ставке были не только и не столько деньги. Эффектная негритянка играла в кости с целой группой людей, одна против всех. Если у кого-то выпадало меньше восьми очков, она добавляла его гинеи к своим, а если больше, сдвигала корсет ниже и поднимала выше юбку.

Почти вся ее великолепная шоколадно-коричневая грудь была обнажена, ноги открыты до середины бедер. Игра шла азартно, среди зрителей были и женщины. Честити тоже не смогла пройти мимо и остановилась, завороженная.

Трое проиграли подряд. Негритянка хохотала, сверкая белизной зубов, и поощряла остальных:

— Ну же, джентльмены, делайте ваши ставки! Осталось десять минут. С первым ударом часов я приведу одежду в порядок, и придется все начать заново.

Еще двое попытали счастья и проиграли.

Обстановка накалилась до предела.

— Я, моя милая. — На руке, что собрала белые кубики костей, красовался перстень с крупным рубином. — Считай, что ты проиграла, Сейбл.

Честити едва удержалась от крика — это был маркиз Родгар. Судя по безукоризненному наряду, он только что прибыл. Его густые волосы не были напудрены и казались особенно черными на фоне белоснежной кружевной отделки. Чеканные черты лица были, по обыкновению, бесстрастны.