Моя строптивая леди

— Не просто лояльны, а горячо преданы, — почтительно поправил Родгар, наливая вина, чтобы леди Августа могла подкрепить свои силы. — У меня нет слов, чтобы описать, как безмерно я огорчен тем, что все это случилось в моем доме, в вашем присутствии, мадам. Но где же ваша фрейлина? — Он огляделся, весь воплощенная забота. — Где леди Трелин? Разыщите ее!

Хотя Нерисса явилась на бал не с королевой-матерью, а со своим супругом, она числилась среди фрейлин. Назвав ее имя, Родгар подсказал леди Августе, как сохранить лицо.

— Милорд, хозяин дома не в ответе за то, что учинит гость, если ему вдруг вздумается сойти с ума, — сказала леди Августа (она заметно расслабилась). — Однако хотелось бы знать, что довело Уолгрейва до помешательства.

— Угрызения совести.

— Здесь, у меня в доме, граф неожиданно наткнулся на негодяя, в недавнем прошлом обесчестившего его дочь. Поскольку тот был сильно навеселе, он сболтнул, что несчастная леди Честити была опорочена им понапрасну.

— Опорочена понапрасну? — Леди Августа изумленно захлопала глазами. — Вы говорите о той самой Честити Уэр?

— По всему выходит, что бедняжку заклеймили безосновательно. — Маркиз испустил сочувственный вздох. — Насколько я понял, Генри Вернем подслушал разговор о том, что леди Честити на редкость крепко спит, присвоил ключ от ее комнаты и обманом пробрался к ней в постель. Этим он надеялся добиться ее руки и завладеть богатым приданым.

— Негодяй! Подлец! Низкий обманщик! — загомонило простодушное местное дворянство.

— Увы, это невозможно, — сказал Родгар. — Граф Уолгрейв застрелил обидчика.

По толпе пронесся одобрительный ропот, но леди Августа, женщина светская, не была настолько доверчива.

— Какая странная история, милорд!

— Весьма странная, — согласился маркиз. — Граф настоял на письменном признании своей ошибки.

Он передал королеве-матери признание. Она внимательно изучила его.

— Неслыханно! Подумать только, леди Честити Уэр оказалась далеко не так порочна, как мы все думали.

— Я здесь, ваше величество!

Нерисса Трелин появилась среди собравшихся. Вопреки спешке она была белее своего наряда. Честити заметила удаляющегося Брайта и подумала, что это он разыскал и привел ее. Против обыкновения он улыбался и, судя по всему, был чем-то изрядно позабавлен.