Моя Теневая Империя 2

А что касается Константина, как я и сказал, никто ничего не узнает. Вы можете счесть меня дотошным бюрократом, но поверьте, я умею быть благодарен за спасение своей жизни.

Харитонов ушёл, мы с отцом остались наедине.

— Я горжусь тобой, Константин, — сказал он. — В твоём возрасте я на такое не был способен. И, чего уж греха таить, самоотверженности во мне было куда меньше. Ты уже превзошёл меня по всем фронтам.

— Спасибо, отец, — кивнул я, почувствовав тёплое удовлетворение от его слов.

Странно, фактически отцом он мне не являлся, но почему-то мне было очень приятно слышать эти слова.

Наверное, я уже настолько привык к своей новой жизни.

— Иди к остальным солдатам, — предложил он. — Празднуй, ты заслужил.

На выходе из штаба меня ожидала женщина. Я сразу же узнал её. Жена Николая Дубова.

— Константин… — задержала меня она. — Простите, могу я вас…

Она волновалась и не знала, как правильно говорить с княжичем.

— Успокойтесь, расскажите, что случилось? Как Николай? — спросил я.

— Он просил передать вам благодарность, ещё раз, — ответила она.

— И я лично хотела бы сказать вам большое спасибо. Николая сейчас держат взаперти, но к нему очень хорошо относятся. Говорят, что даже после запечатывания нашу семью не станут гнобить.

— А если станут — обязательно сообщите об этом мне или кому-либо из семьи Владыкиных. Мы займёмся этим вопросом.

— Спасибо, — расцвела женщина, а затем добавила шёпотом: — Про вашу помощницу я никому не расскажу. И про метлу тоже.

Видимо, в пылу битвы София решила наплевать на конспирацию и приземлилась прямо перед Дубовыми.

Ну, избежать этого было нельзя. Девочка, спасённая ей, всё равно рано или поздно рассказала бы об этом своим родителям.

Я попрощался с Дубовой и отправился праздновать. Боевые маги сразу же затащили меня к себе. Оказалось, что отряд, которым я командовал, был единственным, кто смог обойтись без потерь и ранений. Но одну потерю мы избежали чудом.

Сержант Заломнов отпил вино прямо из бутылки, шумно выдохнул и подошёл ко мне.

— Что такое, сержант? — спросил я. — Желаете ещё одну дуэль?

— Ты спас мне жизнь, — заключил он. У подвыпившего Заломнова уже заплетался язык, но мысль свою изложить он всё-таки смог. — Я вёл себя, как последняя скотина. Больше такого не повториться, даю слово.

— Рад это слышать, — кивнул я и тут же улыбнулся. — А теперь расслабься, боец! Мы ведь празднуем. Самое время забыть старые обиды.

Пиршество длилось почти всю ночь напролёт.