— Мне бы там больше понравилось, — я злюсь и снова делаю шаг к нему.
Вспоминаю в деталях, как умею ненавидеть Марка. За ужасный характер, жестокие бездумные выходки и корону большого босса, которая вросла ему в мозг. Он не видит ничего вокруг, когда принял решение. Он вбивает в башку мысль, что знает лучше всех, как нужно поступить, и идет на таран.
— Север…
Я резко оборачиваюсь на женский голос и вижу, что Юля спустилась на первый этаж. Она стоит рядом с лестницей и держится за деревянный поручень, она накинула на плечи то покрывало, которым я укрывал ее, но все равно ёжится.
Ей не по себе в чужом доме, тем более в нем зреет потасовка. Она с беспокойством смотрит то на меня, то на Марка, и непроизвольно качает головой, стараясь нас остановить.
Она смелеет под моим взглядом и подходит ближе. Но все равно осторожными маленькими шажками, как по тонкому льду.
— Тебе лучше?
— Да, — Юля останавливается рядом со мной и запрокидывает голову, чтобы видеть мое лицо. — Я слышала ваш разговор, пока спускалась.
— Ничего страшного. Мы немного повздорили с Марком, у нас бывает.
— С Марком, — она повторяет его имя и я понимаю, что он не представился ей. — Я не знаю настоящее имя Севера, я не переворачивала медальон.
Юля указывает на цепочку в моей ладони и оборачивается к Марку.
— Знаю только имя, под которым он владеет фирмой. Андрей Рейтерн. Севером я его сама назвала. Он попросил придумать ему новое имя, а я так получилось, что угадала.
— Юля, не надо, — я кладу ладонь на ее плечо и качаю головой, чтобы она перестала оправдываться перед братом.
— Ты не соврал, — произносит она, снова смотря на меня. — Я подумала, ты специально сделал медальон, чтобы поразить меня совпадением. Не могла поверить, что ты правда Север.
Да, странное совпадение. Я умею владеть лицом и не подал виду в банке, но меня как под дых ударили, когда она выбрала для меня именно это имя. В кругу брата меня все знают как Севера, я уже много лет ношу его и привык откликаться только на него. А тут совершенно незнакомая девушка, которая приглянулась мне с первого взгляда, произносит его и смотрит открытым невинным взглядом.
Будь в ней хоть капля хитрости, я бы заподозрил плохое. Когда я работал на брата, он частенько полагался на мое чутье, потому что мое умение читать людей не давало сбоев. И я не верю, что ошибаюсь теперь, смотрю на нее и вижу, что мне она ничего плохого не сделает.
Может, это слепая глупая вера уставшего одиночки… но плевать. Я готов рискнуть.
