Его дыхание ломается и судорожным пунктиром проходит по моим намокшим волосам. Я понимаю, что вот, что всё, можно… сжимаюсь и плыву по его коже, которая царапает бархатом. Выше и выше, пока не вскрикиваю и падаю в пульсирующую пропасть вместе с ним.
Север усмехается, когда я начинаю суетиться. Я вдруг вспоминаю, что мы не одни, и пытаюсь вырваться, чтобы привести себя в порядок. Да, салон частного самолета трудно назвать общественным местом, но это все-таки не уютная спальня. А Север не заразил меня расслабленным бесстыдством окончательно, я пока держу в уме рамки приличия.
— Север, — шиплю на него, когда он находит “отличный” момент, чтобы показать, что сильнее. — Нет, Север, я не шучу…
Он не укладывается в мою картинку мира. Совершенно. Он ломает ее и перечеркивает главный вывод, который я успела сделать о мужчинах. Я научилась делить сильный пол на обаятельных бунтарей и нежных трудоголиков."
"Первые кружат голову сексуальным потоком, который буквально исходит от них с животным напором.
Они ни черта не ухаживают, но говорят каждое слово в цель — прямо в твое сердце, что истосковалось по концентрированной маскулинности, а каждый их жест и взгляд, уверенный и направленный точно на тебя, сводят с ума. Они легки и спонтанны, наедине с ними не нужно подбирать слова и спотыкаться об неловкие моменты сближения, наоборот, ты словно паришь в воздухе. Ты поддаешься и ловишь чистый кайф, пока не понимаешь, что их легкость идет от пофигизма. Им ничего не надо, они не участвуют в мужских забегах за успех и учились обольщать девушек одной улыбкой, чтобы не зарабатывать на крутую машину.
У вторых же есть немецкий внедорожник, но встречи с ними — это чинные ритуалы. Вы мучительно движетесь к третьему свиданию, на котором случится поздний ужин в хорошем ресторане, предложение подвезти до дома и первый секс. Такие мужчины задавлены рабочим стрессом и собственным интеллектом, который мешает прорваться инстинктам.
Только вот Север сексуален как дьявол, но в то же время дарит чувство безопасности.
В его насмешках и хитрых улыбках читается опытный игрок с женским сердцем, но в то же время меня ничего не страшит. Мне не страшно довериться ему и отдаться сумасшедшему потоку, который и есть жизнь.
— Что-то рано, — замечает Север, когда загорается лампочка над иллюминатором.
Он проверяет наручные часы и хмурится сильнее.
— Мы снижаемся, — я поправляю одежду и поворачиваюсь к нему через плечо.
