Увидев её, я нахмурился. Губы искусаны, щёки бледные. Мать её за ногу!
— Подойди ко мне, — скомандовал я, едва мы остались наедине в моей комнате.
Она подошла. Я даже испуга в её взгляде не заметил — мыслями она была точно не здесь. Ухватил за подбородок, чуть сжал и отпустил. Какая же она красивая: каждая чёрточка её лица. Глаза, скулы, рот… От неё пахло малиной, и я с наслаждением втянул этот запах. Соприкоснувшись с её кожей, он раскрылся, заиграл новыми нотами, словно бы пропитался ею. Я ощутил, что мне мало.
Мне хотелось пробовать её на вкус, хотелось намотать её волосы на кулак и прижать к себе, ворваться языком в её рот. Блядь! В голове была только она, а этот запах… Он и вовсе сводил с ума. Недолго думая, я дёрнул ткань платья, больше похожего на лёгкий тюль. Милана вздрогнула, но ничего не сказала. Отрабатывать пришла, чтоб её!
Настроение у меня весь день было поганое, и я не мог отыскать этому причину. Уж не её подруга тому виной однозначно. Мне и прежде было прекрасно известно, что с непокорными девушками в питомнике обращаются жёстко.
И всё же…
— Как твоя подруга? — спросил я у Миланы. Сгрёб её волосы и отпустил.
Вопроса этого она от меня, судя по всему, не ждала. Настроилась на другое? Мне захотелось ухмыльнуться, но ухмылка потерялась, едва я встретился с Миланой взглядом. Вся её решимость куда-то подевалась. Она мотнула головой.
— Что? — грубо, не скрывая раздражения, переспросил я.
Хотел её дико, и плевать на не проходящее грызущее чувство внутри, не оставляющее меня с того самого момента, как я увидел их двоих, прижимающихся друг к дружке, как два замёрзших котёнка.
— Ничего, — отозвалась она и тронула меня. Сама.
Мягко коснулась груди ладонью, провела вверх до плеча, потом — к вороту рубашки. Я почувствовал, как окаменели мои мышцы, а член стал таким твёрдым, что ткань джинсов приносила боль. Расстегнул ремень, затем ширинку. Девчонка посмотрела мне в глаза и принялась опускаться на колени. Я удержал её.
— Я задал тебе вопрос."
"— Да… — Она растерялась. — Стэлла… Она спит. Она… — внезапно она всхлипнула, отступила, прижала ладонь к губам, замотала головой.
Я схватил её за плечо и резко развернул к себе.
— Я же приказал тебе — никаких слёз! — рыкнул, испытывая какую-то неконтролируемую ярость. От её неподчинения или ещё от чего — сам не понял.
— Прости. — Она попыталась взять себя в руки, однако я чувствовал, что получается у неё плохо.
