— В этом доме полно горничных!
— Лучше так, Мил, — тихо заговорила она, — чем под табуном. — Посмотрев на меня, она чуть заметно улыбнулась. — Ты красавица. Подрумянишься, будешь…
— Как кусок отбивной, — закончила я с издёвкой, и она потихоньку засмеялась. Пожалуй, я впервые слышала её смех…
В итоге разговора у нас так не получилось. Вышедший управляющий глянул на Стэллу так, что та, подмигнув мне, поспешила вернуться к мытью полов. Не знаю, откуда в ней столько моральных сил и стойкости. Я бы точно так не смогла.
Делать мне ничего не оставалось, и я, взяв книгу, отправилась к бассейну. На улице и правда стояла жара, раскалённое солнце висело в небе ярким диском. Встав у края бассейна, я с наслаждением потянулась. Вода была прозрачной, и сквозь её толщу виднелось выложенное бирюзовой плиткой дно. Чуть поодаль стоял ряд шезлонгов — один на солнце и два — под зонтиком. Подумав, я присела на бортик и опустила ноги в воду. Тепло и прохладно одновременно… Вдалеке щебетали птицы, солнечные лучи бликами играли на водяной глади.
Из-за угла дома, неся поднос в руках, вышла одна из горничных и, подойдя к шезлонгам, выставила на стол блюдо с фруктами и большой стакан с чем-то, напоминающим холодный чай. Закончив, она приблизилась ко мне и отрапортовала:
— Господин Вандор приказал принести, когда Вы выйдете к бассейну.
Я недовольно кивнула, и мадама чопорно пошла в обратную сторону. Вообще-то, у меня есть собственная горничная! Какого она драит холл, тогда как эта… Проводив женщину взглядом я заставила себя успокоиться.
Мне хотелось, чтобы Стэлла составила мне компанию, да и несправедливость я всегда переносила очень плохо. Но она права — лучше уж так, чем то, что могло случиться."
"Стоило мне подумать об этом, мысли снова вернулись к Вандору. Фрукты, чай… Что это, если не проявление заботы обо мне? Неспешно вытащив ноги из воды, я встала и подошла к столику. Отщипнула виноградину от ветки и положила в рот. На язык тут же брызнул сладкий сок, и я едва не застонала от удовольствия. В детском доме фруктов мы почти не видели — еда была очень однообразной и, как правило, безвкусной.
Макароны с курицей, говяжья печень с гречкой, похожие на разваренную бумагу рыбные котлеты с картофельным пюре… Как же я ненавидела эти котлеты! При мысли о них меня передёрнуло. Взяв стакан, я присела на край шезлонга и уставилась на воду. Кожу мою щекотнул лёгкий порыв игривого ветерка, и я подставила ему лицо. Как же хорошо… Пожалуй, так хорошо мне давно уже не было.
