Слушай, Сморчок, дай телефончик, я подружкам напишу, что ли… – Их номера я помнила наизусть.
– Конечно, – протянул он мне знакомый ядовито-желтый смартфон. – А твой где, кстати? Я тебе писал и звонил, но ты ни разу не ответила, – в его голосе появилось осуждение.
– Да я его вообще забыла, – призналась я. – Думаешь, если бы у меня был с собой мобильник, я бы не сообщила тебе об этом дурдоме, а?
– Вероятно, сообщила бы, – тут же поскучнел парень, едва вспомнив «мероприятие» его друзей.
«С вами все в порядке? Не поймали? Это Маша», – тем временем написала я.
Ответ пришел почти сразу, как будто бы Маринка знала, что я сейчас напишу ей, и ждала сообщение, неотрывно глядя на экран телефона.
«Да, мы успели смыться! Ты где?! С тобой все в порядке? От кого пишешь?»
«Все в порядке, сижу в пустой аудитории, пишу от Смерчинского. Буду дома – позвоню!»
«Точно, вы же вместе смылись…! :):):)», – написала подружка. Почти тут же прислала и вторую эсэмэску:
«Вдвоем с Дэном в пустой аудитории… Омг, какой простор для нашей фантазии :) И не только нашей… Что вы там ДЕЛАЕТЕ?»
Эти ее двусмысленные многоточия, большие буковки и намеки меня рассердили, и я, не став больше писать подруге, отдала желтый смартфон его хозяину, теперь молчавшему.
– Чего молчим? – поинтересовалась я.
– Думаю…
– О чем?
– О том, что сделали мои друзья. Это было неожиданно и… Да, это было жуткое зрелище.
– На твоем месте я не называла бы их друзьями, – заметила я. – Я до сих пор чувствую себя оплеванной.
– Оплеванной? Ты? Брось, – твердо заявил он. – Все в порядке. Ты держалась молодцем. – Он вздохнул. – Теперь Ольга думает, что у меня есть девушка…
– Может, она не знает? – предположила я, когда брюнет с надеждой взглянул на меня. Для отчаявшихся любая надежда, даже та, что больше походит на привязанную к удочке злодеем-шутником пятитысячную купюру, предназначенную для махания с третьего этажа перед лицом бедняка, кажется спасительным мостиком через мутную реку разочарования.
И тогда я с довольной улыбкой – нет, даже почти со счастливой! – сообщила ему:
– Я шучу. Это уже все в универе знают. Хотя, конечно, если Князь – непроходимо тупая, то у тебя есть шанс сохранить все в секрете.
После этого я гомерически захохотала – правда, не слишком громко.
– Злорадная ты, девочка моя, – не показалось это смешным Смерчу, однако я ошиблась – в следующую минуту улыбнулся и он – и стал похож на ангела: такой лучезарной казалось его улыбка.
