Ричард никак не мог понять, притворяется ли она, или в самом деле после удара по голове ей настолько плохо, что нет сил ни на что. Но она боролась даже на пороге смерти, а сейчас… Наверное, все-таки плохо. Жаль, магией не проверить и не помочь: целительные заклинания требовали непосредственного контакта.
– Ничего, мы подождем. А ты скрасишь нам ожидание: мужчинам скучно без женского общества. Будешь благоразумной – обойдется без членовредительства.
Без членовредительства едва ли обойдется. Потому что стоять и смотреть Ричард не собирался.
Да и остальные не станут. Только бы у Розы хватило ума не строить из себя героиню, а сигануть в ближайшие кусты, когда начнется серьезная заваруха.
Хотя кого он обманывает, была бы она благоразумной – не ввязалась бы в эту авантюру.
***
Роза
Кажется, так паршиво я себя не чувствовала, даже умирая от чумы. Не было сил пугаться уготованной мне участи – намек чернявого был более чем прозрачен, не намек, а прямо-таки намечище. Я бы предпочла, чтобы без членовредительства не обошлось, будь я здорова, успела бы объяснить хотя бы парочке особо «заскучавших», что с девушками так не обращаются.
Но стоило лишь потянуться к магии, как снова начинало тошнить, а голыми руками я и подавно ничего не сделаю: в седле бы удержаться.
Ветер донес запах дыма, от которого меня снова замутило. А еще пересохло во рту и заколотилось сердце, потому что это запах означал, что рядом люди, и голоса, долетевшие следом, свидетельствовали о том же.
– Почти пришли, – подтвердил мои мысли чернявый.
– Еще немного, и…
Он замер, оборвав себя на полуслове, оглянулся – и повалился кулем. Из глазницы торчала стрела. Лошадь испуганно заржала, снова взбрыкнула – до чего ж эта старая кляча нервная – и я второй раз самым позорным образом вылетела из седла. Только теперь почти не почувствовала удара, чье-то заклинание смягчило падение. А потом кто-то схватил меня – я рванулась, но руки держали крепко. В следующий миг разума коснулся аромат полыни и можжевельника, и я обмякла.
– Тшшш, – прошептал Ричард.
– Это я.
В животе развязался ледяной узел и я, всхлипнув ткнулась лицом ему в грудь – точнее, в котту поверх кольчуги. Прижиматься щекой к стальным кольцам под тканью оказалось больно, но мне было все равно. Он меня не бросил. Он все-таки меня не бросил.
– Нашумели, – раздался из тени голос Евы. – Всполошились.
И в самом деле, мерный гул голосов изменился.
– Да, – Ричард отстранился. Я едва заставила себя разжать пальцы, выпуская ткань накидки.
