Эффект, правда, получился так себе, потому что я так и не осмелилась поднять голову и посмотреть ему в глаза.
– Конечно, —легко согласился он так легко, что я вскинулась и едва не лишилась дара речи от возмущения, встретив смеющийся взгляд Ричарда.
Да как он смеет! Я тут места себе не нахожу, а ему хиханьки!
Хотя для него-то это и в самом деле ничего не значит. У него, вон, королева есть. А я – так… Просто затмение нашло, как и на меня. Говорят, после боя такое бывает, когда кровь кипит и «высокое вдохновение битвы», как пишут в книгах, ищет выхода.
Поймать бы того борзописца, что первым придумал про высокое вдохновение, да заставить поглядеть на настоящий бой…
Да, это просто затмение нашло. И все. Смотреть в лицо Ричарда было невыносимо – особенно сознавая, что у него первого хватило ума и благородства остановиться, иначе я бы позволила ему все, хоть овладеть собой прямо на лошади, если такое вообще возможно. Ну, или в кусточках у дороги. Позорище!
– Ты говорил о филиале в столице, – сказала я, снова ткнувшись лбом ему в плечо.
– Я хочу уехать. Я сделаю вам бомбы и научу с ними обращаться. И еще научу Алана делать гремучий порошок. И свечи, и о чем мы там еще с тобой договаривались. А когда вы вернетесь с гномьих путей, ты отправишь меня в столицу.
На этот раз он молчал долго, но как раз когда я решила, что Ричард не ответит, и собралась повторить, он спросил:
– Ты в самом деле этого хочешь? Ты говорила, что здесь твой дом.
Да, дом… Пропади оно все пропадом, я не хочу уезжать!
Но кроме того, что здесь мой дом, здесь он, Ричард.
Которому я должна буду вонзить нож в спину – возможно, и в буквальном смысле – когда «наступит подходящий момент».
Меня снова затрясло. Я не хочу… не могу! Уже не смогла. Чем дольше я останусь рядом с ним, тем хуже будет. Я и сейчас готова написать лорду Грею, что намерена забыть весь наш разговор, как он и предлагал. Может быть, так мне и поступить?
Но как же месть? Как же кровь моего отца? Моих братьев?
Нет, надо уехать.
Иначе я просто сойду с ума. Просто уехать, и пусть мужчины играют в эти игры без меня.
– Я хочу уехать, – повторила я. – Ты был прав – это все равно, что растравлять рану.
***
Ричард
Может быть, Роза была права, это и в самом деле было разумно – потому что он на миг потерял голову. Потому что не мог пообещать, что это не повторится – да что там, он хотел бы, чтобы повторилось. И не только повторилось. Хотел того, о чем шесть лет назад и помыслить не смел.
