Вопрос в том, что заставило женщину убежать из родового дома на рассвете, не оставив никаких следов… и ничего с собой не прихватив?
На ум приходил лишь один ответ: мужчина.
Отцам не обязательно знать всего о жизни их дочерей, не так ли?
Дариус пришел в замешательство, изучая территорию и деревья… и особняк по соседству. Нити… нити тайны вели сюда.
Ответ, которого он искал, был где-то здесь. Он просто должен собрать все воедино.
— Что дальше? — спросил Тормент.
— Поговорим со слугами. С глазу на глаз.
По большей части, в домах как этот, доджену никогда не приходило в голову заговорить первым, когда его не спрашивали.
Но в данном случае обстоятельства сложились иначе, и вполне возможно, что жалость и сострадание к бедной женщине прекратят умалчивание обслуживающего персонала.
И порой в задней части дома происходили такие вещи, которых не встретишь в передней.
Дариус развернулся и зашагал к двери.
— А сейчас нам нужно заблудиться.
— Заблудиться?
Выйдя вместе, Дариус посмотрел в разные стороны коридора.
— Именно. Сюда.
Он выбрал левое направление, поскольку в противоположной стороне находились двойные двери, что вели на другую сторону террасы. Поэтому, было очевидно, что лестница для обслуги находилась не там. Пока они проходили мимо богато обставленных комнат, его сердце так сильно болело, что даже дышать было трудно. Спустя два десятилетия потери давали о себе знать, падение его статуса до сих пор отдавалось эхом в костях. Сильнее всего он скучал по матушке, печально но правда.
И за всей этой болью стоял конец цивилизованной жизни, что у него когда-то была.
Дариус делал то, для чего был рожден и обучен, и определенно заслужил… снисхождения, и добился расположения своих товарищей во время войны, но для него не было никакой радости в таком существовании. Неудивительно. В этом нет ни малейшего очарования.
А нужно ли ему все это? Такие мелочи? Если у него когда-нибудь будет такой большой, уютный дом с бесконечным количеством богато обустроенных комнат, полегчает ли у него на сердце?
«Нет, — подумал он.
— Нет, если под высокими потолками никого больше не будет».
Ему не хватало людей со схожими взглядами, живущих вместе, общества, окруженного крепкими стенами, группы, ставшей семьей по крови и отбору. На самом деле, Братство вместе не жило, поскольку это рассматривалось Рофом Справедливым как риск для расы — на тот случай если враг обнаружит их место укрытия, они все станут незащищены.
Дариус понимал это, но не был согласен.
